Сестра Ноя стр. 460
понимаешь! Мы из мальчугана должны вырастить мужественного честного воина! Так что, посуровее там… Ишь, чо удумали… — Ликовал я внутренне. Не думал, не гадал, что две мои самые большие проблемы разрешатся так быстро и безболезненно. А всё этот мальчуган! Всё он…
Наша жизнь потихоньку налаживалась. Надя следила за порядком в доме, готовила нам вкусные и полезные блюда, помогала мне ухаживать за ребенком. Я пытался передать мальчику свою любовь к тем людям, местам, книгам, которые помогали мне жить на этой прекрасной, ужасной земле. Мы втроем стояли в храме, где служил сын покойного отца Сергия — протоиерей Феодор. Надя снова ожила и открылась нам, сначала мальчику, потом и мне. Мы вместе ездили по тем городам и весям, где хаживал я, открывая себе самого себя; где молился, страдал и радовался, вспоминал прошлое и сеял семена будущего.
Работать я устроился библиотекарем в нашу старую школу, нынешний лицей. Немного подремонтировал «дворницкую» покойного Дмитрия Сергеевича и разместил там архив с небольшим кабинетом. Старый историк завещал мне своё уникальное собрание книг и документов — целое богатство! Мне удалось издать его книгу о русской гвардии. В своем прощальном письме Дмитрий Сергеевич убедительно просил меня не бросать начатое им дело и написать свою книгу, где история нашего гвардейца, деда Ивана, сослужила бы пользу и дала нужные наставления подрастающему поколению, которому предстоит жить и служить будущему Государю Императору, предреченному Святыми Отцами.
Мы все очень волновались, когда первого сентября Павлик с букетом белых лилий впервые пошел в школу. Не волновался лишь он сам, будто знал всё наперед. Я стоял за его спиной на торжественной линейке, положив руку ему на плечо, и пытался проследить его взгляд. Бесполезно! Сын профессионального разведчика ничем не выдал своих эмоций и направления орлиного взора. По окончании пафосной речи директора, здоровенный старшеклассник закинул на широкое плечо худенькую первоклашку с бронзовым звонком в руке — и пошли трезвонить по кругу.
В тот самый миг, когда раздалось первое робкое тра-ля-ля — в тот самый миг — выглянуло солнце, и выпустило яркий луч на девочку в огромных белых бантах. Я вздрогнул — это была маленькая семилетняя Маша Кулакова! Верней, ее точная копия в современной модификации — но такая же солнечная и ясноглазая. И конечно, смотрели эти огромные переливчатые глаза… на нашего мальчика. Куда Павлик смотрел, я так и не узнал… Зато результат этой глазной баталии удалось наблюдать чуть позже, когда я сидел на балконе и, подрагивая от волнения, смотрел на мою лавочку.
Из-за угла появилась парочка в бело-голубых школьных костюмах — это были Павлик и та самая девочка, столь фатально похожая на мою Машу. Далее всё пошло по налаженной колее: торжественный обед с салатом оливье, лимонным тортом и лимонадом. Как бы случайное поглядывание Павлика в распахнутое окно. Девочка, вышедшая погулять. Юный Ромео, чмокнувший нас с Надей в благодарность за устроенный пир, бросившийся из дому во двор. Я, чуть позже нагнавший его у скамейки, где мои первоклассники светски обсуждали прогноз погоды, анонс театрального сезона и виды на урожай зерновых. Сложенная купюра, стыдливо протянутая Павлику с предложением покутить где-нибудь в детском кафе (мы заранее, между прочим, выяснили где такое имеется и что там