Северный крест. Миллер стр. 170
обежал автомобиль, забрался ь кабину, и грузовик незамедлительно покинул школьный двор.
Этот случайный наблюдатель потом дал самые важные показания в полицейском участке.
Рокот мотора затих в конце улицы Раффэ, и грузовик исчез за поворотом.
* * *Северяне терпеливо ждали Миллера в его кабинете. Прошло ровно полтора часа, но генерал так и не появился.
— Где Евгений Карлович? Кто-нибудь что-нибудь знает? — По коридору с воплем пробежался лысый полковник в скрипучих, начищенных до лакового блеска сапогах, заглянул в один кабинет, потом в другой, в третий. — Где генерал-лейтенант Миллер? Кто его видел? — Голос полковника наполнился обиженным недоумением.
Миллера нигде не было.
Наконец кто-то сказал, что Миллер днём уехал на спешное деловое свидание вместе со Скоблиным и на всякий случай оставил Кусонскому записку.
— Где Павел Васильевич Кусонский? — встревоженно заревел полковник.
Кусонский находился дома — рабочее время кончилось. Собравшиеся дружно решили:
— Отправить за Кусонским мотор!
Своих машин в РОВСе не было.
— Отправить такси, — такое решение приняли собравшиеся и пустили по кругу шляпу: пусть каждый выложит сколько, сколько может.
В шумящий волнующийся кабинет, наполненный членами общества северян, заглянул Скоблин. Поинтересовался, сощурив жёсткие пронзительные глаза:
— Что за шум, а драки нету?
Люди, набившиеся в кабинет Миллера, мигом стихли.
Первым к Скоблину подступил суетливый полковник, который закончил проверку кабинетов и теперь стоял посреди коридора, закинув руки за спину и качаясь на носках своих блестящих сапог.
— Николай Владимирович, вы не знаете, где находится генерал Миллер?
Скоблин сделал удивлённое лицо.
— Не имею представления... А что, собственно, случилось?
— Генерал Миллер пропал.
— Во-первых, генерал Миллер найдётся — не катушка ниток, чтобы закатиться за стол, — сухо и спокойно заметил Скоблин, — а во-вторых, при чём тут я? Я в родственных отношениях с Евгением Карловичем не состою.
— Вас днём видели вместе с генералом.
— Ну и что? Мы встречались с сотрудниками германского посольства по делам РОВСа, после чего я распрощался с Евгением Карловичем...
— Значит, где он может быть, не знаете?
— Естественно, не знаю. У таких людей, как Евгений Карлович, нянек не бывает, — произнёс Скоблин значительно, и полковник, вновь качнувшись на носках сапог, пробормотал сконфуженно «Извините» и отстал от Скоблина.
Скоблин, хоть и был в штатском, вскинул руку к широкому полю шляпы:
— Честь имею, господа!
Больше никто Скоблина не видел!
* * *Через некоторое время прибыл Кусонский — приехал на такси, которое наняли встревоженные северяне. Стремительным шагом прошёл к себе в кабинет.
Письмо Миллера лежало на столе, на видном месте.
Кусонский взглянул на часы и невольно вздохнул — часы показывали одиннадцать часов вечера. Вскрыл конверт. Пробежал глазами по ровным, написанным чётким каллиграфическим почерком строчкам. «У меня сегодня в 12.30 часов дня свидание с генералом Скоблиным на углу улиц Жасмэн и Раффэ. Он должен отвезти меня на свидание с германским офицером, военным атташе при лимитрофных государствах, Штроманом и с г. Вернером, прикомандированным к здешнему германскому посольству. Оба хорошо говорят по-русски. Свидание устраивается по инициативе Скоблина. Возможно, что это ловушка, а потому на всякий случай оставляю эту записку. 22 сентября 1937 г. Генерал-лейтенант Миллер».
Кусонский втянул сквозь зубы в себя воздух, будто опалил кипятком рот.
— Где Скоблин?
— Двадцать минут назад был здесь.
— Срочно обыскать