Сезоны любви (СИ) стр. 132
Доказал.
Глядя в окно, на прощально помахивающую зеленой пятерней пальму, я задумалась. И что дальше? Будем видеться, когда позволят обстоятельства в виде зазевавшейся жены, внезапного "производственного совещания" или "посещения родителей"? Встречались уже с женатиками, все наизусть знаем: хорошо если разок в две недели меня осчастливят, "кинут палку", как говорят мужики.
Или распрощаемся сразу по прибытии самолета, чтобы никогда уже не встречаться? Вполне возможен и этот вариант, решила я, глядя, как Роман движется по тесному проходу. Все хорошее имеет свойство быстро кончаться…
— Ну, — сказало «хорошее», с трудом умащиваясь рядом. Маленькая бутылочка коньяка просто тонула в его руке. Меня всегда озадачивает — куда люди, более длинноногие, чем я, пристраивают свои конечности в наших российских "ТУ" шках? Складывают в три раза, что ли? Роман уперся коленями в спинку переднего сиденья, основательно ее сдвинув. Впереди заворчали, но подняли спинку прямо. — Выпьем за удавшийся отпуск?
— А он удался?
Я прикинула: море было, солнце было, фрукты были — хоть и практически по ценам нашего неурожайного города. Секс? Был. И вполне, вполне… Роман глядел выжидающе. У кого глаза "чайного цвета", а у кого-то точно коньячного.
— Ну ладно, — согласилась я, чокаясь с ним пластиковым стаканчиком. — За удавшийся. Еще поедешь?
Он повел плечом.
— Ну… только не сюда же.
— Что, детки санаторные раздражали?
— Нет, бабы голодные.
— Другой бы радовался!
— Я не другой.
— Еще скажи — еле ноги унес, — поддразнила я.
Он ухмыльнулся.
— Не от всех. Ты ж меня поймала.
— Ну, знаешь!.. Я на тебя вовсе не охотилась!
— А кто постоянно делал мне недвусмысленные предложения?
— Какие еще предложения? Я ничего тебе не предлагала!
— Да-а? А кто то и дело говорил: хочу завести курортный рома-ан, хочу завести курортный роман?
— Я же вообще говорила, это ты сам все на свой счет принял!
— А что остается делать бедному мужику, когда его постоянно и планомерно соблазняют? Только сдаться.
— Я тебя не соблазняла! — прошипела я. Вот
так всегда! Всю ответственность за начало и за конец отношений вечно перекладывают на женщину. Или он уже начал меня готовить к новым — послекурортным — временам? Сама прицепилась, сама соблазнила, чего теперь еще от меня хочешь? Никаких планов и никаких претензий? Ты же знала, что я женат! Я открыла было рот, но заметила, что глаза у него смеются, и сердито отвернулась к иллюминатору. Роман легонько подтолкнул меня плечом:
— Чего нахохлилась? Улетать не хочется?
— Хочется, — буркнула я.
— А чего тогда? Не выспалась?
— Как же, выспишься с тобой…
Он воспринял это как комплимент — откинулся на спинку сиденья и довольно замурлыкал. Так и мурлыкал все часы полета. А я тупо глядела на облака и думала, думала…
— Пристегнись.
— А?
— На посадку заходим, говорю. Пристегнись.
— Ага.
Я смотрела в иллюминатор на приближавшуюся землю — а где зелень, я вас спрашиваю, где зелень? Мы погружались в глубокую осень.
Роман глядел вниз из-за моего плеча. Помолчал, посопел и спросил:
— А что ты скажешь своему Женечке?
— Какому еще Женечке?
— Ну тому, которого ты так на море зазывала!
Я, поднапрягшись, сообразила.
— Про что сказать?
— Про то, как ты интенсивно лечилась в санатории! — с ядовитой улыбочкой подсказал Роман.
— Чего человек не знает — то ему не повредит, — проворчала я.