Сила слабости (924 г. ии) стр. 29
одетые выскакивали в каникулы. Она обычно долго ругалась в таких случаях. Говорила, что нам должно быть очень стыдно...
Стыдно-то стыдно, но долбили же мне, что с аэр спорить нельзя! Вот что с меня убудет тихо полежать вместо мишки? А Лия уснула очень быстро. По-моему, она устала сильно.
Я чуть подвинулся, стараясь лечь поудобнее и при этом не разбудить Лию. Уснуть не получалось. Во-первых, мыслей в голове много, во-вторых, она руку положила так, что прямо мне на трусики. А у меня от таких прикосновений в последнее время организм активизируется, бодрость жуткая по всему телу, даже агрессивность какая-то, и в паху аж дыбом всё стоит. Это от даккарских генов.
Раньше такого не было. Я, когда у себя первый раз обнаружил такое, сильно испугался. А потом увидел, что другие мальчишки, замечая такое у меня, от нас совсем шарахаться начинают. И так держались подальше, а тут совсем явно. Один мальчик даже как-то увидел меня таким и реально убежал со всех ног. Я сообразил, что вид у меня, значит, при этом опасный очень, агрессивный, значит, это что-то даккарское. Мама всегда говорила, что агрессивность в нас это варварские даккарские гены, и с этим надо бороться.
А потом у Энки такая же реакция началась на мальчишек их соседней комнаты. Как увидит их утром, так весь заводится, и в штанах всё напрягается. Он говорил, что ему в таком состоянии их очень больно побить хочется. Вид у него при этом был действительно злобный. Тут уж вообще никаких вариантов не осталось.
Сега:
Я проснулся от яркого солнца в глаза. В голове немного стоял туман, как от алкоголя, но зато уже почти ничего не болело. В комнате никого не было. Тихо. За окном всё то же дерево с разлапистыми листьями.
Я сел на кровати. Что произошло? Я трахался с тумбочкой Мэй, и как-то это вышло очень дерьмово. Всегда раньше думал, что секс только приятные эмоции доставляет, ну, или никакие. А тут... самые изысканные пытки отдыхают.
Я сдёрнул одеяло и осмотрел свой член. Нормальный вроде. Не повреждён. Чёрт, что она там такое сделала?! Как вообще можно было такую адскую боль умудриться причинить? Такое ощущение, что внутри больно.
Я добрался до туалета. Чёрт! Так и есть, писать можно только со слезами. Что за фигня такая!
Я плюхнулся обратно на кровать. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Страх кстати пропал совсем. Я готов был откровенно наброситься на моих рабовладельцев. Пусть лучше убьют, чем так мучить!
Дверь в соседнюю комнату распахнулась, и влетела Мэй:
- Ты проснулся! А я бой выиграла!
Я как-то машинально отшатнулся от её объятий.
- Сега, прости, пожалуйста. Я уже пообещала, что больше никогда не сделаю тебе больно. Я просто тебя потискаю.
Поверил я как-то не очень. Даже не то, что не поверил, просто у меня где-то на уровне спинного мозга срабатывало: "Лучше подальше от неё...". Но, как и вчера, Мэй меня просто поймала, ловко развернув в руках.
- Ну, я знаю, что виновата. Сега, я не буду так больше. Я сама, тапки тараканьи, так перепугалась, что всю ночь не спала. Сидела и смотрела, как ты ворочаешься и скулишь в подушку. Прости меня.
Она