Силентиум стр. 22
и перерезал серебряные нити, связывающие мой кокон.
Мы еще не прибыли к месту назначения. Оставалось совершить еще один прыжок. Мои попутчики дали о себе знать, когда я направилась к мостику корабля. Я стояла в окружении звуков и изображений, подобно стае птиц окружавших меня со всех сторон, голограммы диагностик и отчеты, показывавшие состояние корпуса судна после выхода из очередного длительного прыжка.
Экипаж уже находился на мостике, без своей личной брони, сонные, похлопывающие себя, чтобы прогнать остатки сна, отмахиваясь от своры назойливых маленький мониторов, стремящихся проверить их состояние здоровья.
Семь членов экипажа одновременно затихли, как только я появилась на мостике. Хранитель Инструментов, высокомерный молодой Строитель, подошел ко мне и доложил, что все хорошо. Вырубающий-Старых-Лесов, Шахтер одного из наших самых старейших кланов, приводил в чувство весь экипаж после пробуждения, используя чаши с восстанавливающим нектаром. Он удвоил дозу для двоих моих Биоинженеров, Поющая-о-Молодости и Рождающая-на-Свету. Так или иначе, но они выглядели более измотанными нашим путешествием, нежели Шахтер или Строители. Ничего удивительного. Я тоже чувствовала себя не самым лучшим образом. В другом месте, не на корабле в пустом безмолвном пространстве, в ауре жизни мы чувствуем себя, как рыбы в воде, это была истинная стихия Биоинженеров.
— Примите мои извинения, Биоскульптор, — сказал Вырубающий. — Для вас путешествие было явно тяжелым.
Я приняла свою собственную двойную дозу восстанавливающего нектара.
— Я выгляжу измотанной? — спросила я.
— Да, выглядите, — с тупым отсутствием тактичности и манер, свойственной Шахтерам, ответил Вырубающий.
— Не нужно извинений, — ответила я, — вы должно быть чувствуете себя здесь таким же потерянным, как и я.
— Да, это так, — подтвердил Вырубающий. — Нет ни планет, не камня, ни магмы — ничего! Только триллионы крошечных глаз далеких звезд в темноте космоса.
Он вздрогнул. Мы приводили себя в чувство до тех пор, пока все не стали ощущать себя более или менее удовлетворительно.
— Сейчас мы находимся дальше, чем любой из Предтеч за всю нашу историю, — сказал Хранитель. — Хвала и честь тем, кто создал «Отвагу»!
Мы угостили Строителей последним порциями нектара, и облачились в свою индивидуальную броню. Рождающая-на-Свет уже проводила анализ светового излучения, идущего от Пути Кетона. Являясь второй формой Биоинженера, она была способной и опытной, нам приходилось ранее работать вместе.
— Выглядит безжизненной, — сказала она.
Наметанный глаз сразу мог уловить следы развитых цивилизаций, их воздействие на звездное пространство, так как используемые ими технологии и сырье влияют на излучение, идущие от звезд. Свежий свет несет в себе больше информации о том, что происходило, больше обнаруживает преград и сооружений на своем пути. Излучение от этих звезд померкло по возрасту было более тысячи лет назад.
— Возможно, — сказала Поющая-о-Молодости, наш самый молодой член экипажа, — но нам потребуется время, чтобы убедиться в этом наверняка.
Я специально взяла ее в свою команду, у нее был серьезный и целеустремленный характер, упорство, скрывавшее ее наивность, она напоминала мне о собственной дочери, погибшей на Чарум Хакор. Она была Воином-Служителем, как и ее отец. Тем не менее, Поющая-о-Молодости могла бы быть моей дочерью, если бы я не так скоропостижно вышла замуж…
Я сделала свои собственные измерения. Звезды действительно были нетронутыми, изменение их цвета было естественным. Я не обладала такой чувствительностью, как анализаторские системы «Отваги», но мое внутреннее чутье