Библиотека

Сильварийская кровь стр. 225

Размер шрифта
-
+
Тема

так – настоятельно рекомендую.

– Ваше величество, я, вообще-то, девица… – все еще испытывая оторопь, брякнула Дафна.

Вышло глупо и двусмысленно, сама почувствовала, но сильвариец, хвала богам, не стал насмехаться.

– У эльфов мальчики и девочки получают одинаковое воспитание. Люди нередко останавливаются на чем-то одном и отбрасывают остальное, но почему, интересно, нельзя совместить и то, и другое, и третье, и десятое? Спрашивать об этом бесполезно, внятного ответа не получишь.

Дафна решила, что он в чем-то прав, хотя следовать его совету не собиралась. И без того в голову постоянно лезет всякая жуть: шуршащий древесный хоровод вокруг побелевших от ужаса благобожцев, растерзанный косматыми ветвями окровавленный парень, трупы зашибленных и захлебнувшихся на улицах Траэмона, гротескный поединок Марека и Довмонта – шатающихся, измученных, но озверевших от ненависти… Хорошо еще, все это не снилось ей в ночных кошмарах, зато днем вспоминалось к месту и не к месту, и тогда она молилась про себя Радане-Матери.

Может быть, пойти в монахини? Об этом надо подумать. Дафна не любила принимать решения сгоряча.

Еще она вызволила из тюрьмы Хиби. Предложила ей место своей компаньонки, у графини ведь должны быть приближенные.

Потолок сводчатый и вдобавок многоярусный: за первым ажурным куполом просвечивает второй, а дальше еще и третий, и, кажется, четвертый… Прихотливо сложное и чарующе гармоничное переплетение то ли резных кружев из светлой древесины кремового оттенка, то ли живых ветвей – не поймешь. Оттуда, сверху, проникают солнечные лучи и свешиваются на длинных стеблях грозди белых цветов, с виду похожих на черемуху, но с другим ароматом – нежным и в то же время бодрящим. Марек не знал, как называются эти цветы.

«Бесконечно милосердная Радана-Мать взяла меня в свои чертоги, несмотря на то что я много чего сделал неправильно… Но почему сюда? Я ведь умер, как воин, убив перед смертью врага, и должен быть попасть в облачные хоромы Яра-Вседержителя. Только я же не был настоящим воином -наверное, поэтому…»

Отведя взгляд от потолка, Марек увидел всю комнату целиком. Деревянные стены с чуть более темными, чем основной фон, узорами – не разобрать, роспись или инкрустация. Углы скругленные, нигде не видно ни стыков, ни швов, зато местами торчат прямо из стен цветущие ветки. Две арки, одна справа, другая слева, за ними виднеются еще комнаты, такие же светлые, сквозистые, озаренные приглушенным солнечным сиянием. Сам он лежал в ванне, по самый подбородок погруженный в теплый вязкий кисель. Рядом, на ковре весенней расцветки, сидел, подтянув колени к груди, лохматый мальчишка-эльф в штанах с камышовым узором.

– Привет, – улыбнулся Рене. – Наконец-то очнулся.

– Привет, – удивляясь слабости собственного голоса, отозвался Марек. – А я думал, я умер. Не знаешь, чем все закончилось?

Оказалось, он провалялся без сознания четыре дня. За это время сильварийцы выбили роэндолских эльфов из Траэмона («хотя их больше, по сравнению с нами они совсем не умеют драться») и заодно завладели еще тремя ингредиентами, необходимыми, чтобы снять проклятие. Прекрасно понимая, что скрывается за последней обтекаемо-эвфеместической формулировкой, Марек тем не менее пробормотал:

– Хорошо.

Если все завязано (да что там «завязано» – стянуто намертво!) таким узлом, что без жертв его никак не распутать, расплачиваться должны в первую очередь те, кто это сделал,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.