Силы небесные, силы земные стр. 254
Чтобы вернуть его, «гея», к гетеросексуальным отношениям… Вот ведь дурочка.
Арсений к дружеским проявлениям не привык. Его боялись и слушались, тут не место дружбе. И сам он к ней склонности не имел: за все лучше платить. Или держать на крючке. Услуги за услуги. А эта, надо же, решила его, «гея», спасти… Даже как-то трогательно.
Он провел тыльной стороной пальцев по ее щеке. Просто так. Какая-то странная нежность в нем вдруг плеснулась.
Лия спала крепко. Он и не намеревался ее будить. Он, видимо, перестарался с препаратами…
Пусть спит, пусть. Это даже к лучшему. Хоть он и обдумывал сложившуюся ситуацию со вчерашнего дня, а все-таки не был окончательно уверен в своих выводах. В дальнейшей стратегии и тактике. И теперь воспользуется нежданно подвернувшейся паузой, чтобы еще раз все мысли и решения перебрать.
Чтобы придумать, как исправить с наименьшими потерями нанесенный его оплошностью ущерб.
…Русалочка. Так он называл их всех. Но Лию… Он не хотел, не собирался. Слово вчера само вырвалось. Глупо как, нелепо. Досадно как.В первое мгновение, в какие-то доли секунды, он еще успел подумать: ничего такого, всего лишь слово. Кому не придет в голову подобная банальность при виде обнаженной девушки с мокрыми волосами, рассыпанными по плечам!
Но по лицу Лии он понял: она вспомнила. И с этим уже не считаться было нельзя.
А ведь всего полминуты назад он чувствовал себя таким умиротворенным, таким счастливым…
Однако Лия решила сделать вид, что ничего не произошло. Это было ему на руку, и он ей подыграл, чтобы потянуть время и спокойно все обдумать.
Она, видимо, тоже обдумывала ситуацию, пока долго, слишком долго сушила волосы в ванной. Ну, о чем думает она, для Арсения не секрет: как бы половчее сбежать от него.
Но сбежать он ей позволить не мог.
И убить ее не мог.
Лия нужна ему. Живой.
Женой.
И тогда он подсыпал ей в кофе пару растолченных таблеток снотворного, известного в кругах фармацевтов своим гипнотическим действием. Пока она будет пребывать за гранью реальности, он сумеет придумать план действий и решить, как его воплотить.
Терять Лию он не хотел. Другой такой ему не найти, он знал точно. Он правду сказал: она единственная. И он действительно будет ей всю жизнь верен. Хотя бы потому, что больше ни с кем у него не получится.
…Весь вчерашний вечер он думал. Все то время, которое спала Лия, думал. Да только удачное решение никак не находилось. У прокола не бывает удачных решений.
Как же быть теперь? Отпускать ее нельзя. И дело не в полиции: он знал, навел справки — Лия не сумела даже описать его толком. Если она сейчас пойдет и заявит: на меня напал Арсений Брагомыжский — то над ней только посмеются. Тот был с бородкой и темноволосый, смуглый, а Арсений русый, белокожий и всегда чисто выбрит. Ни одна душа его с бородкой не видела! Ни в той кепке, ни в той куртке, ни с тем перстнем. А те, что видели, — тех уже нет на этом свете. Лие никто не поверит.
И Брагомыжского нет на свете. Нет и никогда не было. Вернее, был когда-то, но звали его не Арсением. Ищи