Библиотека

Синий город на Садовой стр. 84

Размер шрифта
-
+
Тема

Ребята, хотя бы вы на него повлияли! Ходит как одесская шпана: рубаха мятая, на коленях скоро дыры будут. Я от него эти штаны прячу, прячу, так нет же – опять откопает и жарится в них…

– Ну, все! – заявил Нилка. – Все, все, все. Хватит об одном и том же. Мы пошли проявлять пленку! Я приду вечером!

– Ты хотя бы пообедал?

– Да. Да. Да…

– Честно говоришь?

– С'совершенно честно, – с чистой душой отозвался Нилка. Потому что в самом деле обедал. Вчера или позавчера.

На улице Нилка сказал:

– Каждый раз такие с'семейные с'сцены…

– А чего ты, в самом деле, в этих штанах маешься? – заметила Оля. – Тридцать градусов в тени…

– Я жаропрочный… – буркнул Нилка.

Федя не удержался, подцепил его:

– У Нилки это возрастное: хочется солиднее выглядеть… Мой Степка такой же, все мечтает о взрослой внешности. Потом это проходит. У меня к десяти годам прошло, у тебя, Нил, тоже скоро кончится…

– Ничего у меня не кончится, – набычился он еще сильнее. – Вы же не знаете… Думаете, приятно, когда клеймо?

– Как это? – сказал Борис.

– А вот так… – Нилка остановился и решительно задрал правую штанину. На ноге, пониже коленки, сидела стайка черных родинок, напоминающих какое-то созвездие.

Все поглядели на родинки, потом друг на друга.

– Ну и что? – Оля пожала плечами. – Мало ли у кого какие веснушки! Обыкновенная пигментация кожи…

– А это, что ли, тоже обыкновенная? – Нилка ткнул в родинку, которая сидела в центре белого, ровного, как копейка, кружка. Словно кто-то взял циркуль и радиусом в полсантиметра провел вокруг этой точки границу, запретив переступать черту малейшему загару.

– Ну и что… – опять сказала Оля.

Нилка горько объяснил:

– Это вовсе не "ну и что", когда все смотрят и хихикают. В лагере дразнили "Канцелярской кнопкой". Я даже вынужден был попросить папу забрать меня оттуда…

– Ты поэтому и бинт носил? – сочувственно спросил Федя, вспомнив первую встречу.

– Да… Но бинт сейчас дефицит. Да и не будешь ведь все лето с повязкой ходить, это тоже бросается в глаза.

– Можно гольфы надевать, – посоветовала Оля. – Если тонкие, но не жарко…

– Мама не дает, нечего, говорит, зря трепать. Носочно-чулочные изделия по талонам, по две пары на квартал…

Оля деловито сказала:

– Бинт мы тебе найдем. Не могу же я снимать, как ты летишь в таких штанах. Они сольются с темным фоном, и останется от тебя половинка, выше пояса.

– Ничего не понимаю, – капризно сказал Нилка.

– Ты думаешь, как полеты в кино делают? Сперва человек, который будто летит, – он на черном фоне. А потом на ту же пленку снимают места, над которыми он пролетает…

– А! Комбинированная съемка!

– А ты думал, тебя будут с колокольни бросать? – засмеялся Федя.

А Борис вдруг вспомнил:

– Стоп! Нил, ты тогда сказал: "Я почти не научился летать". Как это – почти? А чуть-чуть, что ли, умеешь?

– Чуть-чуть умею, – совсем обыкновенно сообщил Нилка.

– Ну, Нил… – сказал Федя.

– То есть не летать. Но я, если прыгаю откуда-нибудь, могу приземлиться гораздо медленнее, чем по законам природы. Я это в себе год назад открыл…

– Ох и фантазер, – сказала Оля.

– Я понимаю, что вы не верите. Но я покажу. Только для этого надо с'сосредоточиться…

Когда пришли к Оле во

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.