Синтез стр. 1393
от люка. Некоторые уже успели встать на ноги, кто-то, опасаясь перегрузок, остался сидеть. Тут были почти все — Константин и Линкен (до сих пор подозрительно оглядывающиеся на Гедимина), растерянный Хольгер, Кенен Маккензи (он сидел, привалившись к стене, но под взглядом ремонтника поднялся и широко улыбнулся), чуть поодаль — Айзек, слегка щурящийся и потирающий висок, ещё в стороне, рядом со съёжившимися лаборантами и операторами, — Хильда. Поймав взгляд Гедимина, она криво усмехнулась.
— Где Иджес? — спросил ремонтник.
— Жив, — поспешно ответил Линкен. — Остался в Ураниуме.
Гедимин пристально посмотрел на взрывника, потом перевёл взгляд на Константина. Сарматы выглядели странно смущёнными. «Эти двое что-то знают,» — понял ремонтник и недобро сузил глаза. «А я — нет.»
— Реактор цел? Ты уверен? — он повернулся к Константину. Тот быстро кивнул.
— Демонтаж начался в полседьмого, когда ты ушёл. Оба реактора, все вспомогательные установки, всё, до последней гайки из твоих запасов. Всё летит вместе с нами в экранированном трюме.
— Что тогда взорвалось? Сама станция? — Гедимин чувствовал, как под рёбрами разливается холод. «Кто вообще пустил этих недоумков с бластерами на АЭС?! И им всем ещё не нравился Фюльбер…»
— Пара канистр окислителя и три килограмма содержимого хвостохранилища, — ответил Линкен; в его голосе звучало одобрение. — Хорошая маскировка под радиационную аварию. Ни одна макака туда не сунется. Вот вам выгоревшие ангары, вот вам зашкаливающие дозиметры.
— Пришлось выделить на маскировку один грамм ирренция, — с явным сожалением дополнил Константин. — Ты не в обиде? Нет способов подделать омикрон и сигму без омикрона и сигмы…
Гедимин мигнул.
— Вы давно знали… обо всём этом? — он кивнул в сторону люка, за которым давно не было ни станции, ни Ураниума, ни — скорее всего — земных пейзажей. По ощущениям Гедимина — точнее, по смутным воспоминаниям, заложенным в его мозг ещё в клонарии — спрингер вышел в открытый космос и постепенно набирал скорость.
— Со вчерашнего дня, — ответил Константин. — Ненамного раньше, чем ты. И ненамного больше.
— Можешь немного порадоваться, атомщик, — Кенен, широко улыбаясь, подошёл к сармату. — Примерно тем же способом немного раньше были вывезены с Земли сотрудники «Хейдрун», рабочие Ясархага и шахтёры Коцита. Ну, и пара десятков отдельных сарматов. Можешь с ними пообщаться, если найдёшь время, — но, насколько я понимаю, ваш новый куратор намерен загрузить вас работой по кончики ушей.
Несколько секунд Гедимин смотрел ему в глаза немигающим взглядом, и ухмылка учётчика становилась всё шире.
— Ну да, Джед, — Кенен негромко хихикнул. — Энцелад — далёкая планета, а реактор, если из него не вылезать, ухудшает обзор. Ваш научный центр уже третий год значится в планах на переброску. Ваш новый куратор крайне заинтересовался вашими проектами.
— Вот макака, — покачал головой Линкен. — Ладно, хватит хвалиться. Зачем тебя вывезли? Ты с «Полярной Звездой» никак не связан.
— Это ты так думаешь, Лиск, — Кенен не перестал улыбаться, но на всякий случай отодвинулся от взрывника. — Кто добывал для вас материалы? Кто переправлял на новую базу уран? Кто подгонял отчётность так, чтобы ни одна макака ничего не заподозрила? Меня оставалось или расстрелять, или вывезти. Ваш куратор предпочёл второе.
— Везучая мартышка, — пробормотал Линкен, потирая
шрам на затылке. — Охранникам повезло меньше…
Гедимин вздрогнул.