Библиотека

Сирены Титана стр. 110

Размер шрифта
-
+
Тема

подумать, - сказал он.

- Я вас избавлю от труда, - сказал Румфорд. - Самое главное несчастье, которое с вами стряслось, - то, что вы родились на свет. А не хотите ли, чтобы я вам сказал, как вас назвали, когда вы родились на свет?

Звездный Странник замялся на мгновение, испугавшись, что испортит так прекрасно начавшуюся карьеру героя торжеств и празднеств каким-нибудь неверным словом.

- Пожалуйста, скажите, - отозвался он.

- Вас назвали Малаки Констант, - объявил Румфорд с вершины дерева.

Если толпа вообще может быть до какой-то степени хорошей, толпу, собравшуюся в Ньюпорте ради Уинстона Найлса Румфорда, можно

назвать хорошей толпой. Они не превращались в неуправляемое многоголовое чудище. Каждый сохранял свою личность, свою совесть, и Румфорд никогда не призывал их действовать заодно - и уж, конечно, не ждал от них ни дружных аплодисментов, ни издевательских криков и свиста.

Когда до всех постепенно дошло, что Звездный Странник - тот самый презренный, возмутительный, ненавистный Малаки Констант, люди в толпе восприняли это каждый по-своему, спокойно, с затаенной грустью - и почти все ему сочувствовали. Ведь это на их совести, на совести, в общем, порядочных людей, лежало то, что они повсюду символически вешали Константа - вешали его изображения и дома, и на работе. И хотя куколок Малаки они вздергивали не без удовольствия, почти никто не считал, что Констант из плоти и крови заслуживает казни через повешение. Куколок вешали так же беззлобно, как обрезали лишние ветки с новогодней елки или прятали пасхальные яйца.

Румфорд со своей древесной кафедры ни одним словом не пытался отнять у него их сочувствие.

- С вами произошло несчастье совсем особого рода, мистер Констант, - сочувственно, даже с симпатией сказал Румфорд. - Вы послужили живым символом заблудшего грешника для громадной религиозной секты.

Как символ вы для нас не так уж интересны, мистер Констант, - продолжал он, - но все же вы тронули наши сердца, хотя бы отчасти. Мы сердечно сочувствуем вам - ведь все ваши вопиющие прегрешения - лишь извечные заблуждения, свойственные человеку.

Через несколько минут, мистер Констант, - говорил Румфорд со своей вершины, - вы пройдете по мостикам и пандусам к той длинной золотой лестнице, а потом подниметесь по этой лестнице, войдете в космический корабль и полетите на Титан, теплый и плодородный спутник Сатурна. Там вы будете жить в покое и безопасности, но все же как изгнанник с вашей родной Земли.

И вы сделаете все это по доброй воле, мистер Констант, чтобы Церковь Господа Всебезразличного вечно помнила и переживала драму благородного самопожертвования.

Нам принесет духовную радость одна мысль о том, - говорил Румфорд со своей вершины, - что вы унесли с собой и ошибочное понимание счастья и несчастья, и самую память как о богатстве и власти, употребленных всуе, так и о всех ваших постыдных и грешных развлечениях.

Человек, который был Малаки Константом, был Дядьком, был Звездным Странником, человек, который снова стал Малаки Константом, - этот человек почти ничего не почувствовал, когда его назвали Малаки Константом. Вполне возможно, что он успел бы испытать какие-то чувства, достойные упоминания, если бы Румфорд построил свой сценарий иначе. Но Румфорд сообщил ему о тяжких испытаниях,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.