Скифы пируют на закате стр. 111
Лицо экстрасенса казалось бледней обычного.
– Я вернул людей из Амм Хаммата, – заявил он без предисловий. – Торгового князя и этого инструктора из новых… Скиф, кажется? Вернул по паролю. Что-то там у них случилось.
Куратор почувствовал, как в груди глухо ударило сердце.
– Они целы?
– Еще не знаю. Я забрал их минуту назад и сразу позвонил вам. С ними сейчас Сентябрь. Сегодня его дежурство.
– Иди к ним. Я еду.
Положив трубку, куратор бросился к двери.
Глава 15Вне Земли, мир Амм Хаммат, дни с шестого по девятый
Их было восемь, этих всадниц в блистающих панцирях и пышных плюмажах, но Скиф глядел только на одну. Глядел и думал, что не бог с жалом змеи стоит сейчас за его плечом, а шаловливый Эрот, звенящий быстрыми своими стрелами.
Ничем не обделен мир, в том числе и женской прелестью; в его оранжереях и садах благоухают всякие цветы. Блондинки – белые лилии с нежной кожей и глазами, словно небесная синева; томные тюльпаны-брюнетки с гибким станом и огненными очами; кареглазые шатенки – чайные розы; огненноволосые красавицы-орхидеи, чьи зрачки подобны изумруду, а губы розовеют красками утренней зари. Но есть девушки, взглянув на которых, забываешь о цвете глаз и волос, не видишь, полны ли их груди, стройны ли бедра; одаренные сказочным очарованием, они пленяют сразу и навсегда. Наездница, что мчалась впереди сверкающей кавалькады, была из таких.
Кони взвились на дыбы, заржали, замерли; восемь пар глаз уставились на путников, восемь девушек разглядывали их со смесью недоверия и любопытства. Скиф видел лишь одну.
Вероятно, эта – с пепельными локонами, выбивавшимися из-под шлема, – была предводительницей; после недолгого молчания ее рука отпустила поводья и протянулась к мужчинам ладонью вперед. То был, несомненно, жест приветствия, знак мирных намерений, но сейчас Скиф не задумывался над его смыслом; он пожирал взглядом эту ладонь – розовую, с длинными изящными пальцами и чуть заметными валиками мозолей.
– Сийя ап'Хенан, – чистым звенящим
голосом произнесла девушка. – Из Башни Стерегущих Рубежи. Да будет с вами милость Безмолвных Богов, странники! Пусть Небесный Вихрь помогает вам в дороге. Кто вы и откуда?
Джамаль откашлялся. Лицо его уже не выглядело по-детски восторженным; сейчас черты его были исполнены достоинства, спокойной уверенности и, как показалось Скифу, какой-то странной и жадной надежды. Подражая всаднице, он тоже вытянул руку.
– Джамаль, сын Георгия из рода Саакадзе. Княз! Этот молодой воин, – его ладонь легла на плечо Скифа, – сын моего брата. Тоже княз! Наш корабль разбился у берега пять дней назад.
Сийя взметнула тонкие брови.
– Распадись и соединись! Значит, вы миновали Проклятые Леса? Как и те, другие?
Скиф не понял, кого она имеет в виду, но девушка не стала уточнять. Спрыгнув с коня, она направилась к огромным белым зверям, лежавшим в траве. Движения ее были грациозны, как у лесной лани; плащ птичьим крылом струился по пятам. Она заговорила, и негромкий ее речитатив показался Скифу перезвоном хрустальных колокольцев:
Белый Родич, защитник и друг,
Владыка трав, повелитель гнева,
Вспомни о крови, соединившей нас.
Вспомни и говори со мной!
Один из хищников встал, вытянул шею в пышном кольце жабо, алым шершавым языком лизнул колено Сийи. Она положила руку на голову зверя, склонилась к нему, так что теперь