Скифы пируют на закате стр. 383
Угрюмца Самума? Из него она много не вытянет… Или, скажем, Скифа? Скиф поумнее и парень хоть куда – может, чего и принесет в клюве…
Он постучал по блокноту Элечки.
– Хватит про эту ювелирную выставку! Кто второй? Еще кто звонил?
– Джамаль Георгиевич, – с почтительным придыханием сказала Элечка. – Князь! Минут двадцать назад. Брови Сарагосы взлетели вверх.
– А ему чего надо? Он же был у меня! Не далее как утром!
– Он, – Элечка с отменной вежливостью выделила это «он», – он сказал, что желает сделать официальную заявку. Слова, мол, словами, а что в компьютер попадет, то ишак языком не слизнет… – Она хихикнула. – Так Джамаль
Георгиевич и сказал!
– И куда этому остроумцу пожелалось? – буркнул куратор, уже предчувствуя ответ.
– Туда же, куда они ходили с новеньким… с Кириллом, – томно блеснув глазками, доложила Элечка.
Сарагоса ничего не ответил, хмыкнул, скривил губы и прошествовал к себе в кабинет. Устроившись в кресле, он некоторое время пристально разглядывал телефон, мысленно цитируя все три пункта полученной от Винтера информации, потом коснулся клавиш и вызвал агентство «Пентаграмма». Маленький экранчик «ви-ти» вспыхнул, в трубке раздался щелчок блокирующего устройства, и на мониторе возникла физиономия Догала. Правду докладывали шпики, подумал куратор. Нервозен, бледен и глаза бегают!
– Кто? – опросил Догал и тут же, не меняя тона, произнес: – Я занят!
– Ты всегда занят, Марк. Чем бы, хотелось знать? Выглядишь так, будто гильотина шею щекочет. Усики компаньона дрогнули.
– Петр Ильич, ты? Почему я тебя не вижу?
– Еще наглядишься, – сказал куратор. Охранный блок его «ви-ти» не позволял собеседнику видеть изображение и ознакомиться с номером, откуда делался вызов. Для Догала он был сейчас Синельниковым Петром Ильичом – если уж не на вид, так на слух.
– Есть новости? – спросил Догал, понижая голос.
– Есть.
Глаза компаньона испуганно метнулись в сторону.
– Ну я же тебя предупреждал, Петр Ильич! Затихарись и ничего не пиши! Не марай бумагу месяц-другой! А ты вывалил груду материала! Плюс статью о том самом случае. И что теперь? Что у тебя за новости такие? Опять… опять эти?..
– Опять, но не эти, – пробурчал Сарагоса. – Слушай, Марк, сам понимаешь, дело не телефонное, а потому хотел бы я повидаться с тобой в любое удобное время. И в любом удобном месте. Встретимся, будет минутка и о статье моей потолковать.
– Всегда рад, Петр Ильич. – Догал изобразил раздумье. – Ну, завтра я свободен после обеда… Почему бы нам не прокатиться за город? В Шувалове, скажем? Побродим, поговорим…
– Не пойдет. Ты свободен, я занят!
– Тогда послезавтра, с утра, часиков в десять? Знаешь кафе на Крестовском, где я обычно завтракаю?
– Время раннее, место глухое, а заведение дорогое, – отрезал куратор. – Послезавтра, в девять вечера, у тебя на квартире!
Полные губы Догала обиженно надулись.
– Ну вот!.. А говорил: в любое удобное время, в любом удобном месте!
– В удобном для меня, Марк, не для тебя, – сказал куратор и повесил трубку.
Глава 19Земля, Петербург, 2 августа 2005 года
К знакомцу Пал Нилыча отправились под вечер, пешком, ибо обитал он неподалеку от жилища Августа Мозеля, на том же самом Каменноостровском проспекте, только поближе к Песочной набережной.
Неспешно вышагивая рядом с шефом. Скиф с удивлением поглядывал на него. Сарагоса разительно преобразился: его могучие