Скипетр Дракона стр. 102
очень яркой и живой. Ему снился дракон. Красно-золотой, огромный и ужасный. И не какое-то мифическое существо из легенд. Этот дракон был очень — даже слишком — настоящий!
Настоящий, живой дракон смотрел прямо на Сараспера сияющими золотыми глазами — смотрел так, словно все знал и испытывал его. Сараспер всякий раз застывал и не мог пошевелиться — а дракон поднимался с ленивой грацией огромного зверя и подступал к нему, разинув пасть, полную ужасных зубов…
Тогда-то Сараспер, как это обычно бывало, и проснулся — дрожа всем телом от ужаса. Он постоял, затаив дыхание и глядя широко распахнутыми глазами во тьму, и снова заснул. Дважды в одну и ту же ночь дракон ему никогда не снился.
Сараспер не понимал, почему он так боялся. Наверное, любой человек боится того, что надвигается на него из мрака ночи, разинув зубастую пасть и выпустив когти, готовые схватить и разорвать…
Над могилой Маерондена Серебряное Древо, умершего восемь сотен лет назад, заклубилась мерцающая белая дымка — и над растрескавшейся, полуразрушенной могильной плитой внезапно появился человек в мантии, высокий и темноглазый, чье лицо в баронстве Серебряное Древо помнили гораздо лучше, чем лицо лорда Маерондена. Повелитель Заклинаний окинул быстрым взглядом заросшее травой кладбище и удовлетворенно улыбнулся. Здесь не было ни нежелательных наблюдателей, ни разбушевавшейся дикой магии. Оглядевшись, чародей пошел по высокой траве, мимо раскрошившихся древних надгробий и покосившихся памятников — к Дому Безмолвия.
Могущественная магия, сотрясавшая остров Плывущей Пены, который был совсем недалеко, посреди реки, похоже, не достигла этого места. Ингрил Амбелтер еще раз улыбнулся. На знакомом полузаброшенном кладбище, среди могил и гробниц баронов Серебряное Древо, не было ни заигравшихся детей, ни крестьян, расставляющих силки на зайцев.
«Значит, пусть игра начнется заново».
Ингрил направился к одной из дверей Дома Безмолвия, которая была запечатана заклинанием много лет назад по приказу Фаерода Серебряное Древо. Внутри были комнаты, вполне безопасные, а сейчас Ингрилу было безразлично, где прятаться. И это место, с видом на остров Плывущей Пены, подходило в качестве убежища лучше любого другого места в Аглирте. Отсюда Амбелтер мог спокойно наблюдать за толпами вооруженных глупцов, которые придут на остров, чтобы уничтожить друг друга. Здесь Ингрил сможет дождаться удобного случая, а потом явится на королевский остров, чтобы договориться с последним, кто уцелеет в войне, или чтобы убить его.
— Бароны, везде эти бароны, — промурлыкал Ингрил. — И ни один из них не стоит даже бочонка пива, которое они все так любят.
Все эти идиоты умеют только размахивать мечами. Гораздо более послушные и менее опасные, чем маги, и вполне пригодные для определенных дел — подумать только, сколько подобных типов греют задницами троны по всему Дарсару, в то время как многих чародеев ненавидят и преследуют!
Ну, если бы маги собрались все вместе и основали свое собственное королевство, тогда…
Внезапно со стороны дальнего конца кладбища послышался шум — затрещали ветки, зашуршала трава. Ингрил быстро обернулся и, сделав пару шагов, спрятался в тени какого-то на редкость уродливого надгробия высотой в два его роста.
Кто-то или что-то очень большое забралось на кладбище семейства Серебряное Древо и быстро двинулось к Дому Безмолвия, не заботясь ни о шуме, который производило, ни об оставленных следах, ни