Скипетр Дракона стр. 126
они никогда прежде не замечали, или пару-другую городов, которые неожиданно возникли из ниоткуда за одну ночь или пока они в последний раз принимали ванну — сколько бы десятилетий ни прошло со времени такого редкого события. Некоторые наместники даже потыкали пальцами в изображения собственных замков, как будто хотели убедиться, что замки на самом деле существуют и что их недавно обретенные титулы правителей — настоящие.
Что ж, они могут очень быстро лишиться своих титулов — вместе с головами, если произойдут какие-то перемены. А может, даже если не произойдут. Головы полетят, когда Маевур решит избавиться от самых дельных из своих друзей-заговорщиков и заменить их другими. Пусть не верными и преданными, но достаточно глупыми и бестолковыми, чтобы вступить в организуемый им заговор. Хелтри был уверен, что его имя уже значится в списке тех, от кого Маевур Кардасса решит избавиться в первую очередь. Маевур знал, что он слишком умен, чтобы оставить его в покое, и уже довольно откровенно обвинил Хелтри в непослушании. Для начала.
Но ведь с послушанием всегда были проблемы, разве нет? Не важно, чем ты владеешь — свинарником, полным свиней, или баронством, в котором живут люди…
— Вот перед вами Аглирта, — торжественно заявил Маевур с таким видом, будто это он сотворил целое королевство, причем только сегодня утром. — Королевство, которое может стать нашим — после того как заносчивый Кровавый Меч и регент, которого все боятся и ненавидят, уничтожат друг друга. Они уничтожают друг друга уже сейчас, пока мы с вами беседуем. И если хоть один из них останется жив после этой битвы — он будет так слаб, что даже чихнуть не сможет без помощи магов.
Барон Кардасса отодвинулся от карты, на которую он с такой важностью указывал, встал и принялся расхаживать по комнате, заложив руки за спину. «Как заметно выросло его брюхо со времени последнего собрания заговорщиков! — отметил про себя Хелтри. — Наверное, обжирается, как боров у кормушки…»
— А маги… Сколько я себя помню, они всегда были истинным бедствием для Аглирты. Да и последние три сотни лет тоже — если правдива хотя бы половина историй, которые я слышал или читал, — с высокомерной снисходительностью заявил Маевур. — Нанимаясь к баронам и наместникам, маги добирались до лучших вин, золота — и истинной власти! Используя заклинания и всеобщий страх перед ними, маги забирали власть в свои руки и правили, хотя титулованным правителем считался кто-то другой. Многие из них пришли из Силптара или даже из более далеких от Аглирты краев. И ни один чародей не любит Аглирту так, как мы, честные люди. Они не заботятся о стране и считают ее лишь источником всяческих благ: еды — чтобы обжираться, вина — чтобы упиваться, слуг — чтобы те в страхе пресмыкались перед ними, останков — чтобы творить над ними заклинания, и женщин — чтобы бесчестить их!
Сидящие за столом встретили эту напыщенную речь одобрительным бормотанием. Удовлетворенный барон вернулся за стол и снова склонился над картой.
— Поэтому в новую Аглирту — в нашу Аглирту — мы допустим только тех магов, которых сможем строго держать под контролем, так или иначе. — Барон злобно ухмыльнулся и добавил: — Или колдуний — женщин, которых мы сами сможем обесчестить!