Сколько стоит любовь стр. 178
себе в карман. Я стояла, как вкопанная, и боялась пошевелиться, словно мои ноги залили бетоном, а тот затвердел.
Зазвонил телефон Ребровского. Мужчина достал его из кармана пиджака, взглянул на дисплей и усмехнулся.
— Догадливый, — хмыкнул он. — Но я в нем и не сомневался. Правда, я не собирался так скоро дать ему обнаружить твою пропажу. Ну, да ладно… Сейчас узнаем, во сколько оценивает тебя твой Ульянов, — глаза мужчины блеснули азартным огнем. — И если окажется, что недостаточно высоко, то придётся… — по его лицу расползлась наглая усмешка, а я и без слов поняла, что он со мной сделает. — В общем, не будем забегать так далеко вперёд. Да! — ответил Ребровский и включил громкую связь.
— Где Тася? Я вижу её по маячку джпс, что установлен в ее телефоне. Она находится сейчас в твоём офисе…
— Значит я правильно рассчитал, художница много для тебя значит… — триумфально рассмеялся Ребровский.
После того, как я разбила свой телефон, когда едва не попала под колеса Сашиной машины, он подарил мне новый. И, оказывается, снабдил его нужными приложениями и маячками? Он ждал нечто подобного или поступил по принципу береженого Бог бережёт? Как бы там ни было на самом деле, я испытала облегчение, что он знал, где я сейчас нахожусь.
— Ну, Тасенька, что ты молчишь? Мы на громкий связи, Ульянов, а я не собираюсь плясать под твою дудку. Я тут кое-что узнал о тебе от Лены… Думаю, что предложение отдать свою долю мне взамен на девчонку — равнозначное? Ты, как оказалось, Ульянову приходишься никем. Вот с Карима и требуй наследство. Хотя, что с него брать? Он всегда на вторых ролях был…
— Что ты хочешь?
— Через час встречаемся на моей территории, адрес я скину в смс, а твоя благоверная побудет пока под присмотром одного надежного человечка. Ты подпишешь бумаги и волен хоть завтра лететь в свою Австрию.
— Скидывай адрес, — резко ответил Саша и отключил телефон.
Ребровский довольно оскалился и положил аппарат обратно в карман пиджака.
— Зачем вы это делаете? Ведь Саша имеет полное право на свою долю… Это низко заниматься подобным шантажом… — мой голос дрожал, я ощущала себя мерзко и противно, что стала марионеткой в чужих играх. Но еще больше мне было неприятно, что Саше придется идти в противовес своим принципам и соглашаться на условия Мирона. Или он не будет с ним торговаться и отдаст ему меня? Нет, о таком не хотелось даже думать!
В дверь постучали, Ребровский подошёл к ней, проворачивая ключ в замке. На пороге появилась Елена Ульянова. Я так растерялась, увидев женщину,
которую заочно ненавидела, потому что она внесла раздор в семью Саши, что опешила.
— Извините, я немного опоздала на встречу… — такой же хищной улыбкой, какая играла на губах Ребровского, улыбнулась она. — Там в приемной остались два человека. Мы поедем пока с ними прокатимся? — прожгла меня нехорошим взглядом. — Андрей, Слава! — позвала она. — И что он только в тебе нашёл… — презрительно хмыкнула она, отвернувшись от меня.
— Ваш друг задаётся тем же вопросом, — бросила ей в спину. — А я давно задаюсь вопросом, как можно так низко пасть ради лишней сотни тысячи рублей. Разве вам что-то не хватало?
— Миллионом, детка, и не одним. Саша тебе,