Сколько стоит любовь стр. 187
пальцем по губам, и злорадно ухмыльнулся.
— Нет! — что было сил выкрикнула я, увидев в его глазах хищный блеск. — Не трогайте меня, — уже тише, полным омерзения голосом, произнесла я.
— Всего лишь маленькая шалость… Думаешь, сломанные пальцы это приятно? — он схватил меня за волосы и оттянул их вместе с головой немного назад. — От тебя не убудет, — он опустил руку мне на плечо и надавил на него. Я обессилено рухнула перед ним на колени, чувствуя, что если он сейчас спустит свои брюки и прикажет мне взять его член в рот, то меня вырвет прямо на него. Какое удовольствие в этом унижении? Ведь я
ни грамма не хотела всего этого, даже больше того, мне была омерзительна одна только эта мысль.
Организм протестуя, послал мозгу сигнал неприятия, и сознание в кои-то веки сыграло мне на руку. Когда Ребровский спустил брюки, а его вздыбленный член возник у меня перед глазами и вот-вот грозился коснуться моего рта, меня сильно шатнуло в сторону, я ударилась головой о бетонную стену и медленно провалилась в глухую темноту, ощущая тупую пульсирующую боль в затылке.
— Тася, открой глаза, — сквозь плотную пелену я услышала голос Саши. — Да, детка, вот так… Не закрывай их, смотри на меня.
По ощущениям я находилась на его руках или на чем-то высоком. Но спустя несколько минут, когда смогла сфокусировать зрение, поняла, что нахожусь в его машине. Рядом сидел незнакомый мужчина, чуть левее стоял Карим.
— Я в больницу, вы остаётесь давать показания, — услышала резкий голос Саши и снова ощутила сильный болевой спазм, головокружение и тошноту. — У тебя есть какая-то аллергия на лекарства? Что они делали с тобой? — его глаза встревоженно бегали по моему лицу.
— Я не знаю, давали пить и, кажется, что-то вкололи… Ребровский говорил про какой-то наркотик…
Услышала, как Саша громко выругался и ощутила его руки на своих запястьях, он прощупывал пульс и смотрел на меня внимательным взглядом. А затем забрался на водительское место, и машина резко сорвалась с места.
— Как долго я находилась здесь? — слабо спросила я.
— Почти два дня. Прости меня. В этом всем огромная доля моей вины…
— Наташа! — я вспомнила слова Лены о том, что сестре Саши грозила смертельная опасность. — Жена твоего отца… она говорила, что хочет избавиться от твоего отца и сестры… от тебя… Подстроила ту аварию с вашей матерью…
— Лена уже в участке и дала показания. Чистосердечные. Наташа в порядке, отец… Он в реанимации. Но с ним все будет хорошо, — заверил меня Саша. — Рядом с тобой должен был быть Валерий Петрович, ты его уже однажды видела. Но люди Ребровского его отследили, а тебя перевезли в другое место, когда он понял, что скрыться ему не удастся. Хотел оставить тебя в качестве залога за свою свободу. Лена сдала всех с потрохами прямо на месте аварии.
— Они сделали все это ради денег?.. — потрясенно прошептала я.
— Ради них, — Саша взглянул на меня, желваки ходили по его лицу.
Я старалась не смотреть на мелькающие картинки за окном. Голова очень сильно кружилась, и ужасно тошнило. Я держалась из последних сил.
— Сейчас будет лучше, потерпи. А как врач осмотрит тебя, я все расскажу. Я очень переживал за тебя… — Саша нашел