Сколько стоит рекорд стр. 206
напекло затылочек? — участливо спросил Генка. — Приложить холодный компресс?
Но тут он заметил, что бутылка-то обыкновенная, но головка у нее какая-то странная. Будто запечатана чем-то густым и твердым. Сургуч, что ли? Хотя нет. Сургуч красновато-вишневый. А тут что-то темное.
— А внутри? — спросил Генка. — Пусто.
— В том-то и штука! — опять противным дребезжащим фальцетом выкрикнул Яшка. — Что-то там лежит. Записка, кажись…
— Записка?! — Генка сразу вскочил.
Приподнялся и Митрий.
Это уже кое-что значило: Митрий никогда зря не суетился.
Генка выхватил бутылку у Яшки, поглядел на свет. Да, внутри определенно что-то лежало. Вроде бы, и впрямь, листок бумаги. А горлышко заткнуто пробкой и наглухо запаяно. Варом, что ли? И вообще бутылка какая-то странная. Вовсе не поллитровка. Это ему издали так показалось. Сплющенная. Как фляга. Он таких бутылок еще и не видел.
— Знаю! — вдруг нервно выкрикнул Яшка. — Это — кораблекрушение! SOS. Точно. Я читал!..
— SOS?! Очень возможно, — словно раздумывая вслух, негромко сказал Генка. — Откроем?
— Конечно! — Митрий, не вставая, потянулся к штанам, лежащим тут же, на песке. Неторопливо достал из кармана перочинный нож.
Митрий все делал неторопливо.
— Дай! — Генка взял у него нож и стал отскабливать смолу. Делал он это осторожно, тщательно, словно боялся неловким движением поцарапать бутылочное горлышко.
— Да быстрей же! — крикнул Яшка. — Люди где-то тонут, а ты!..
Генка не ответил. По-прежнему аккуратно снимал он вар. Стружку за стружкой. Отколупывал твердые, как асфальт, кусочки, а сам видел…
Горит корабль. Пламя с ревом мечется по палубе. Струи дыма и огня рвутся из иллюминаторов.
Радист бросается к передатчику. Но рация повреждена…
И вот — на воду торопливо спускают шлюпку.
Плывут… И день, и два… И кто-то кидает в воду бутылку. Вот эту самую бутылку.
Там, на клочке бумаги, нацарапано. Широта… Долгота… Спасите наши души!
А может, не так. Может — буря… Волны — с дом. Корабль с маху швыряет на скалу. Мелькают в волнах обломки…
— Значит, так, — торопливо сказал Яшка. — Мы сейчас прочитаем и сразу — в пароходство. К начальнику. Нас, конечно, сперва не пустят, но мы покажем записку — SOS! Гибнут люди! И нас сразу к самому главному. А тот сразу телефонную трубку — раз! Приказываю самому быстроходному кораблю немедля выйти на спасение…
— Для этого есть специальные суда-спасатели, — веско перебил Митрий.
— Вот-вот! Приказ: кораблю-спасателю немедленно выйти в море. Квадрат такой-то. И вот из нашего порта на всех парах выскакивает…
— Ни черта не выскакивает! — опять перебил Митрий. — Может, тонут-то за тысячу километров отсюда. Сразу по радио — приказ. Всем судам, которые, значит, поблизости от
данного квадрата, немедленно изменить курс…
— Вот-вот! И сразу пять или даже десять кораблей меняют курс и идут на помощь.
Они несутся так, что вода кипит за кормой. «Полный вперед!» — командует капитан.
— «Самый полный!» — уточнил Митрий.
— Да, да! «Самый полный!» — командует капитан. Яшка в азарте размахивал руками. — Над морем — туман. Волны, как разъяренные львы, рыча, бросаются на корабль. Но он рассекает их и мчится вперед. Пятьдесят, нет, даже шестьдесят километров в час…
— Узлов, — поправил Митрий.
— Шестьдесят узлов в час! И вот — впереди, в тумане какое-то рыжее пятно. «Вижу! — кричит вахтенный. — Впереди — огонь!»
— «Впереди, по курсу, огонь!» — опять уточнил