Сквозь страх стр. 108
его обмякло. Силы покидали Илью, и я помогла ему сесть на пол, возле Лели. Она все еще была недвижима, но я надеялась, что это ненадолго. Сама тоже уселась рядом, вытянула ноги, чувствуя, как они гудят.
– Спасибо, – шептала я, обнимая своих друзей, перед которыми была в неоплатном долгу, – спасибо.
Больше не могла выговорить ничего, словно разом позабыла все слова.
Так мы и сидели, приникнув друг к другу, а тем временем за стенами дома заканчивалась ночь и начинался новый день.
Эпилог
Десять месяцев спустя
Апрель подходил к концу, а вместе с ним и учебный год. Я ждала летних каникул не меньше (а может, и больше) Ксюши. Два ребенка и одна мама, без папы, бабушек и дедушек – это ох как непросто, но я привыкла, постепенно наладила нашу жизнь.
Мы с детьми живем в двухкомнатной квартире, в обычной девятиэтажке – никакого больше исторического фонда и антиквариата! В этом же районе, только ближе к центру, живет Илья. Это не было решающим фактором при выборе квартиры, но стало дополнительным аргументом.
Ксюшина новая школа рядышком, художественная студия – тоже. Поблизости есть красивый парк, где мы любим гулять. Дочери нравится здесь, у нее появились друзья и подруги. А еще кот по имени Гарри. Огромный, пушистый и нахальный. Мы его обожаем, и, думаю, Гарри во многом помог Ксюше принять перемены.
Да, она толком не успела привыкнуть к дому, где мы ненадолго поселились, переезд не стал для нее ударом. Что было действительно непросто, так это смириться с тем, что папа больше не живет с нами. Я объяснила Ксюше все в той мере, в какой может понять случившееся восьмилетний ребенок. Возможно, когда-то она узнает больше, но не сейчас.
Запрещать Юре видеться с Ксюшей я не планировала, хотя больше всего на свете мне хотелось полностью вычеркнуть этого человека из собственной биографии. Я и по бракоразводным делам общалась с ним исключительно через адвоката, не могла преодолеть отвращения.
Но адвокат, которого порекомендовала Леля, сказал, что если Юра был хорошим отцом, они с Ксюшей привязаны друг к другу, то было бы жестоко полностью лишать дочь папы.
Я скрепя сердце согласилась, однако Юра решил по-другому. После развода он почти сразу уехал из Быстрорецка. Куда? Не спрашивайте, не знаю. Так что с дочерью он не видится. А к сыну я и сама бы его не подпустила, если бы он и захотел, тут уж меня никакие адвокаты не заставили бы передумать.
Наш единственный разговор с бывшим мужем состоялся как раз тогда, когда
он позвонил сообщить об отъезде. Юра не стал просить прощения, не каялся и не говорил, что ему жаль. Ничего подобного.
– Агата говорила, я особенный. Такова моя судьба. Обещала, что у меня будет жизнь, о которой я не мог и мечтать. Без страха нищеты и бедности, без проблем со здоровьем, без сложностей и забот. Деньги, путешествия, роскошь, власть, свобода. Ведь что меня ждало прежде? Кем я был? Чиновник средней руки, так и просидел бы всю жизнь на невысокой должности, пресмыкаясь перед вышестоящими. Выше головы не прыгнул бы.
– А хотелось, чтобы пресмыкались перед тобой, – хмыкнула я.
– Да! Еще как! – зло сказал он. – И что такого? Я мог