След памяти (сборник) стр. 234
плащами у них были бронежилеты. Предводитель что-то буркнул и показал на кошку.
Наконец я взял себя в руки, расслабился и постарался дать волю своему валлонскому «я». Вслушиваясь в ритм языка, а это был хоть и искаженный, но все-таки валлонский язык, я постепенно начинал кое-что понимать:
— …музыкант, должно быть, станет доменьером, — сказал один из них.
Общий смех.
— Ты кому служишь, дудочник? Каким цветам?
Я, старательно вывихивая челюсть, попытался примериться к их варварскому наречию. И так как оно не отличалось от того языка, который помнило мое второе «я», кое-что мне все-таки удалось:
— Я… гражданин Валлона, — с трудом выдавил я.
— Слуга бесхозного ренегата.
Предводитель примерился дубинкой.
— Что у тебя за идиотский диалект?
— Я… вернулся… из далекого путешествия… — с запинками выдавил я. — Прошу… информацию… где жить.
— Ну, уж где жить, мы тебе найдем, — заверил предводитель. — В бараки Ратальона, — он махнул рукой, и вокруг моих запястий защелкнулись наручники.
Он повернулся и пошел прочь. Меня потащили за ним. Через плечо я успел заметить, как исчез за балюстрадой хвост Итценки. Снаружи на лужайке нас поджидал длинный серый хоппер. Они швырнули меня на заднее сидение и уселись сами. Последний взгляд на башни Окк-Хамилота, и мы понеслись вниз через холмы.
Плащ я потерял и теперь дрожал на холодном ветру. Конечно, я попытался прислушаться к разговорам, но от них мне легче не стало. Наручники беспрестанно позвякивали, и я понял, что эта музыка будет сопровождать меня еще очень долго. Я примчался сюда с розовой надеждой найти себе место в здешнем обществе. И нашел его, уж в этом-то сомневаться не приходилось. Я стал рабом.
Глава четырнадцатаяБанкет в Рат-Гальоне был в самом разгаре. Я поспешно проглотил на кухне свою порцию супа и мысленно пробежался по мелодиям, которые мне предстояло исполнить. Я находился в домене всего несколько недель, но, как ни странно, успел стать любимым флейтистом доменьера Гопа. Если и дальше продолжать с таким же успехом, то я заполучу в свое полное распоряжение комнатушку в бараках для рабов.
Сайм-кондитер — подошел ко мне:
— Сыграй-ка нам что-нибудь веселенькое, Дргон, — попросил он. — Я награжу тебя мороженым.
— С удовольствием, фримен Сайм, — отозвался я. Я быстро дохлебал остатки супа и вынул кларнет. Я опробовал уже с полдюжины разных инструментов, но кларнет мне нравился больше всего.
— Что бы ты хотел услышать?
— Одну из тех мелодий, что ты привез издалека, — крикнул Кагу — старший охранник доменьера Гопа.
Я послушно отозвался «Полькой пивной бочки», и все принялись восторженно колотить по столу. А потом Сайм преподнес мне мое мороженое и
стоял, с удовольствием наблюдая, как я его ем.
— Послушай, а почему бы тебе не занять место старшего музыканта, Дргон? — спросил Сайм немного погодя. — При твоих способностях ты этого олуха обставишь в два счета. Тогда ты обретешь статус доменника и сможешь сидеть с нами на кухне почти как равный с равными.
Я облизал пальцы и отставил плошку.
— Я был бы рад стать равным такому прекрасному кондитеру, как ты, фримен Сайм, — сказал я, — но что может сделать раб?
Сайм озадаченно поморгал.
— Да ты можешь вызвать старшего музыканта на состязание. Мы же видим, что ты превосходишь его во всем. Так что можешь не бояться