След памяти (сборник) стр. 281
на стол. — Кто кого дурит, Фостер?
— Дневник детально описан в официальном протоколе, копия которого у меня сохранилась. В нем описаны бумага, обложка, стило, и даже цитируются кое-какие места. Полиция очень внимательно отнеслась к этому делу, пытаясь установить мою личность. Они, как и ты, пришли к выводу, что это — записи какого-то сумасшедшего. Но они видели именно этот дневник.
— Ну и что? Если это и было подделано во время войны, что это доказывает? Я готов признать, что подделке лет сорок…
— Ты не понял, Легион. Я же сказал тебе: я очнулся во французском военном госпитале. Так вот — это был парижский госпиталь, и все происходило в 1918 году.
Глава втораяЯ покосился на Фостера. Он ничем не походил на умалишенного…
— В таком случае, — заявил я. — Вы просто чертовски хорошо выглядите для своих девяноста.
— Ты находишь мою внешность до странности моложавой. А как ты отреагируешь, если я сообщу, что достаточно ощутимо постарел только за последние несколько месяцев? Что еще год назад я бы запросто сошел за тридцатилетнего…
— Пожалуй, не поверю, — признался я. — Сожалею, мистер Фостер, но мне не верится и в 1918 год. Ну, как я могу? Это же…
— Знаю. Слишком фантастично. Но давай вернемся к дневнику. Взгляни на бумагу, ее исследовали эксперты. Она буквально поразила их. Попытки проанализировать химический состав провалились, они попросту не смогли взять образец. Бумага не поддается растворителям…
— Не смогли добыть образец? — переспросил я. — А почему бы просто не оторвать уголок?
— Попробуй, — предложил Фостер.
Я подобрал дневник и подергал краешек чистого листа, потом ухватился покрепче и потянул, бумага не поддавалась. Я зажал ее и дернул изо всех сил, на ощупь она походила на тонкую прочную кожу, но даже не растягивалась.
— Да, прочная, — согласился я.
Я вынул перочинный ножик валявшийся в кармане, открыл и попытался отрезать краешек. Никакого результата. Я перешел к бюро, положил бумагу на стол и, навалившись всем телом на нож, попытался прорезать ее. Потом я поднял нож и изо всех сил воткнул лезвие в бумагу, на ней не осталось и следа. Я бросил нож.
— Да, это еще та бумага, мистер Фостер, — сказал я.
— Попытайся порвать переплет, — продолжал Фостер. — Поднеси спичку, попробуй выстрелить из пистолета, если хочешь, на материале не останется никаких следов. Давай рассуждать, Легион. Встречается такой материал в нашем мире или нет?
Я сел и поискал сигарету, их у меня по-прежнему не было.
— Ну, и что это доказывает? — спросил я наконец.
— Только то, что дневник — это не мошенничество. Ты видишь перед собой нечто, от чего нельзя легко отмахнуться. Дневник существует, и это наша отправная точка.
— И куда же отсюда двигаться?
— Есть второй фактор, — продолжал Фостер. — Похоже, что в прошлом у меня появился враг. С недавней поры кто-то или что-то упорно преследует меня.
Я попытался рассмеяться, но прозвучало это неестественно.
— Почему б тогда не посидеть на месте и не подождать, когда он явится. Может, хоть враг объяснит, в чем тут дело.
Фостер покачал головой.
— Это началось почти тридцать лет назад, — сказал он. — Я ехал ночью на юг из Олбани, штат Нью-Йорк, шоссе было прямым и по сторонам его не было никаких домов. Я заметил следовавшие за