След сна. Книга 1 стр. 117
пластиковая ложка на кухне. Ни за входные двери, ни за ворота не улизнешь. И маячок на себе она вряд ли заметит. Если, конечно, накануне не закусила каким-нибудь эспером-суперхакером.
На втором этаже было тихо и светло. Просторный коридор, приоткрытая дверь в пустую комнату. Она стояла в конце коридора, у окна с фигурной выпуклой решеткой. Смотрела задумчиво то ли на нее, то ли на снегопад в свете уличного фонаря. Босиком, поверх больничной сорочки – накинутое на плечи одеяло. Бледная, хрупкая, с шапкой черных волос. Белоснежка, версия «десять лет спустя», когда с птичками уже не поют.
Я остановился в паре метров, она обернулась,
медленно и осторожно. В прищуренных глазах мелькнуло удивление. Секунда, вторая, третья…
– Странное место, – беспомощно прошептала Белоснежка. – Где я?
Браво. Тяжкий вздох и дрожащие губы изобразила особенно хорошо.
– В бренной реальности, – просветил я. – За сто лет здесь все немного изменилось.
– Да уж, – цинично усмехнулась жертва обстоятельств. Невинно-растерянное выражение с ее лица слетело разом. – А Софи-то трепло.
Спокойно реагирует. Расчет, усталость? Отходняк от лекарств? Шаг от окна ко мне, поправленное сползающее с плеча одеяло. Безобидное движение, но расслабляться не следует. По медицинским прогнозам, ей на ногах стоять не положено, а ничего, стоит, и даже довольно устойчиво. Неизвестно, на что еще способна. Если это, конечно, вообще она. А не он. Ментальный бардак…
– Бывали пробуждения и похуже, – сказала эта непонятно кто. С трудом сглотнула и выдавила: – Где здесь…
– Обратно, и в другую дверь.
Она скользнула по стене в направлении комнаты, я пошел за ней. В ванной она засела на полчаса. Судя по долетающим звукам, ее как минимум наизнанку вывернуло. Добро пожаловать в реальный мир, тут вам не там.
Комната смахивала на номер в дешевом отеле: тумбочка без дверцы, пустые полки шкафа, разобранная кровать и стол с задвинутым до упора стулом. Прочее увезли подальше, во избежание. Проходить дальше порога я не стал, примчавшегося некстати врача развернул на подходе. Пусть отдыхает, иначе сам где-нибудь свалится. За стеной на несколько минут включилась вода, после наступила тишина, разбавленная едва слышным шуршанием полотенца. Что ж, не утонула. Роберт на отправленное сообщение ответил, что уже едет сюда, на пару дней, как и договаривались. Караулить ее вторую ночь желания не было. Надо выяснить главное – сколько их еще может выползти из закромов Потока и сколько попыток при этом у каждого.
Она вывалилась из ванной еще бледнее, чем прежде, в махровом халате и белых тапочках. Отличный выбор. Опустилась на выцепленный из-под стола стул, вытянула ноги. Через проем не до конца прикрытой двери виднелось брошенное прямо на пол одеяло, ворох салфеток и запотевшая плитка, с которой исчезали зигзагообразные следы. Хриплый кашель, мельком мазнувший по мне утомленный взгляд. Не особо ей лучше, но потерпит.
– Хоть бы зеркало оставили, – посетовала она, с интересом прислушиваясь к собственному голосу. Поправила влажные волосы, и уставилась на меня так прицельно, будто призывала сделать то же самое в ответ. – Ладно, давай сразу к делу. Раз уж ты в курсе, кто я.
– Яника, я полагаю.
– Даже так, – кивок и приподнятая бровь подтвердили догадку.
Знаки Анита в файле зарисовала тщательно. Очнувшись, заграничная сущность первым делом должна была его воспроизвести – где угодно,