След сна. Книга 1 стр. 141
и…
– Я все исправлю, я обещала, – вырвалось в пустоту.
Не мои слова, и обещания не мои. Энергия ослепляла, окутывало тоской с острым привкусом сожаления. Нет, надо уходить, немедленно уходить! Пространство заклубилось туманом, сквозь него полоснуло ненавистью и презрением. Впереди возник силуэт, приближаясь. Если бы могла – зажмурилась. Как же светло… Белое полотно разошлось по швам, обнажив еще более яркую вспышку, словно током ударило направленным импульсом – резко, прицельно. Больно, до помутнения.
– Не смей, – звякнули льдинки, – прикидываться ею.
На меня неотрывно смотрели глаза – раскосые, глубокие. Темные, темнее некуда. И злые, очень. Эта злость не пульсировала нервными сгустками, она растекалась бескрайним, навеки застывшим озером. Холод, только мертвый холод. Звон натянутой внутри струны, разом спавшее оцепенение. Желания Эсте тотчас потускнели, утратили важность и власть. Я попятилась. Стала собой, целиком. Смогла сосредоточиться и рвануть прочь. Вверх! На зов, к теплому огоньку. Выше, еще выше. Навалилась вся тяжесть реального мира, из белизны вынырнула похожая на рабочий кабинет комната. Мягкая спинка дивана, взволнованное лицо Киры с плотно сжатыми, побелевшими от напряжения губами.
– Удачно прошло?
– Есть над чем подумать, – выдавила я.
Она удовлетворенно кивнула и с облегчением бухнулась обратно на диван. Кажется, нелегко ей далось мое путешествие… Постоянная концентрация – занятие энергозатратное, выматывает. Я не без удовольствия потянулась, разминая затекшую спину, Кира выхватила из-под подушки телефон, на ходу включила и, просмотрев замелькавшие строки, хмыкнула:
– Четыре раза кто-то в гости ломился.
– Влад!.. – осенило меня.
Позорище какое, просила его не опаздывать, а сама… На улице стужа, Кире не дозвониться, потому что мне приспичило сходить в Поток. Влад все еще был здесь – отсвечивал растерянностью со стороны двора. Вернувшийся к жизни телефон требовательно затрезвонил.
– Упорный парень, – усмехнулась Кира, нажимая в непонятном окошке мудреную последовательность кнопок. – Беги, встречай, отогревай.
Надеюсь, он не успел превратиться в сосульку. Уже в дверях я обернулась и бросила на прощанье:
– Спасибо.
Пожалуй, скупая получилась благодарность. Особенно за столь долгое и напряженное гадание, собираюсь ли я вообще очнуться.
– Ерунда, обращайся, – отмахнулась она, пристроив на коленях открытый ноутбук.
Один взгляд на экран вмиг сделал ее довольной как слон, счастьем аж заискрило. Да… Вот уж кто полностью в своей стихии.
Заскочив по пути к себе в апартаменты, я в темпе собралась, захватила дубленку и спустилась в холл. Влад ждал на нижних ступенях лестницы, в куртке сигнального салатового цвета и таких ботинках, в которых вполне можно было за раз протоптать в сугробе тропинку. Влажные волосы стояли дыбом, шмыгал красный нос, прикрытый ладонью в заледеневшей варежке.
– Прости, – выдохнула я, – потеряла счет времени. В буквальном смысле.
– Ничего, я запомню, – пробубнил он, – что приходить заранее – не особо блестящая идея…
– С меня пирог!
– Да ладно, – Влад потер нос, видимо, проверяя на месте ли тот, – на самом деле я не так уж плохо провел время. Хотя, если ты настаиваешь…
Я фыркнула, в его кармане тренькнул телефон. С трудом подцепленный варежкой девайс выскользнул и чуть не шлепнулся на пол, но был ловко пойман в полете. Ясно, каким образом пополняется коллекция трещин на корпусе.
– Ух ты, Артем проснулся, – весело отозвалась несостоявшаяся жертва обморожения. – То никого и гробовое молчание, то скопом спешат на помощь.
– Закон подлости.