След сна. Книга 1 стр. 172
терка… И нож. И миксер. И раскаленная сковорода. Подумаешь! То ли в кои-то веки поверилось в лучшее, то ли к обезболивающему прилагалось отупляющее. Я расслабленно укрылась одеялом и принялась командовать. Холодильник хлопнул раз сто, все тарелки и поверхности заняли разложенные продукты. Артем задумчиво выслушал ценные указания, взъерошил рыжие вихры на затылке и заявил, что пирог ему не очень-то хочется. Еще бы, это тебе не по списку всякое покромсать! Хотя насчет «кромсать» я погорячилась. Зелень, огурцы и помидоры были варварски зарублены, оливки отметены как «фу, гадость». Яйца пошли частично со скорлупой – кальций не лишний, а вот сыр голодный ребенок натирал осторожно, усердно и подозрительно долго. Когда я опомнилась и потребовала предъявить миску, оказалось – она с горкой. И это при том, что он в процессе половину слопал. Часть сыра скатали в шарики, остальное решили припасти для блинчиков. Главное, что обошлись без травм. Заправку для салата я соорудила прямо на кровати, потом с ужасом наблюдала, как Артем радостно доедает выжатый лимон. Даже не покривился! Это сила Вестников, не иначе.
С блинчиками было сложнее. Пустить на тесто обезжиренный кефир само провидение велело, пить такое невозможно. Миксером юный кулинар жужжал увлеченно, хихикая и творчески имитируя звук бензопилы. Конечно, несмотря на мои громкие предостережения, врубил самую высокую скорость – «так же быстрее будет». Не менее творчески забрызгал кухонный уголок, себя и все вокруг. Глядя в его удивленные глаза и ползущее со лба на нос тесто, я выяснила, что смеяться мне категорически нельзя. Больно… Наспех подтерев место катастрофы и избавившись от второй бутылки кефира, ему удалось со второй попытки скулинарить нечто, похожее на будущие блинчики.
– Температуру убавь, масла долей, – руководила я, утешая себя тем, что вряд ли у него получится хуже, чем у Влада. – Еще убавь. Не то будет как в тот раз у меня дома…
– А, я помню. – Артем мечтательно зажмурился. – Тоже весело было!
– Угу. Дым, огонь до потолка и прочие спецэффекты.
Он прыснул, но послушался. Первые блины традиционно были признаны «комочками», вторые бережно уложены на тарелку со словами «я люблю поджаристые». Дальше пошло лучше.
Ели мы прямо на кровати, заворачивая сыр в толстые румяные блинчики и закусывая салатом. Как сказал Артем – пикник на покрывале, зимой такое в порядке вещей. Я позволила, малость поворчав, чтобы совсем не разбаловался. Вставать по-прежнему не хотелось, да и больший бардак в апартаментах развести трудно… Тарелки пустели, было тепло и до неприличия вкусно. Хорошо, насколько возможно. Рыжая голова рядом на подушке, непринужденная болтовня обо всем на свете. Он – ребенок, совершенно обычный ребенок. Отсвечивает первозданной искренностью, улыбается так по-детски. Пересказывает сюжеты комиксов, шутит о каких-то супергероях, запускает с планшета ролики, объясняя непросвещенной мне, кто есть кто. Ну а дар… Всем известно, что не подарок.
После праздничного обеда было решено перебраться к Артему, подальше от места кулинарной катастрофы. Живописная картина: взрыв теста, гора грязной посуды, всюду пятна жира, несколько уроненных на пол в процессе переворачивания блинов и ошметки не попавших в салат помидоров. Я набрала Киру. Пусть вызывает свой хваленый клининг, все равно мне тут прибираться запретили. Кроме того, я болею и вообще в гостях!
Артем дотащил нагретую подушку, а