Следователь по особо важным делам стр. 314
искренне он говорил это. Хотелось думать, что искренне. Врач покачал головой и показал на свои наручные часы…
Генрих позвонил на квартиру Залесских около трех.
Ему ответила няня (как было договорено), что Валерии уже уехал в порт.
В пять часов вечера Глазков поднялся на борт сухогруза «Красноярск» и расположился в своей каюте.
В четверть шестого я был на борту «Красноярска» в сопровождении оперативных работников.
Глазкову было предъявлено обвинение в убийстве Залесской Ангелины Сергеевны и постановление об аресте. На его запястьях щёлкнули наручники.
Пригласили понятых из членов команды. Чемодан Глазкова оказался с двойным дном. В тайнике?ьГли обнаружены крупные бриллианты, иконы, в том числе «Параскева Пятница». Впоследствии специалисты оценили её в несколько десятков тысяч рублей. Впрочем, остальные представляли не меньшую ценность. А одна из них даже разыскивалась в связи с ограблением церкви под Владимиром, во время которого был убит церковный сторож.
Глазков наотрез отказался давать какие-либо показания. То, что знал о нем Залесский, было далеко не все из преступной деятельности этого опасного рецидивиста. Распутыванием его тёмных дел я занимался не один месяц. Но это тема для другой книги, и, возможно, я когда-нибудь решусь написагь её. Мне и сотрудникам МВД, в том числе Ищенко, пришлось ещё много поработать, прежде чем следствие по делу Гладкова было закончено.
А тогда в Одессе после его ареста я вынес постановление об этапировании Глазкрва в Москву. Залесского по выздоровлении тоже взяли под стражу.
Вылетел я в Москву тридцатого декабря.
А тридцать первого…
Это был не самый весёлый день в моей жизни… Я ехал в пустой электричке в последний час уходящего года. И не мог собраться с мыслями после разговора с Надей.
… Когда я прилетел в Москву и доложил обо всем Эдуарду Алексеевичу, он сразу отправился к прокурору республики лично рапортовать о результатах следствия. — Правда, поздравив меня с успехом. И ещё он успел с улыбкой бросить:
— Мне телефон оборвали…
Вынь Чикурова да положь… — И поспешил к начальству.
Что уж тут было гадать-Надя. Моя дурацкая следовательская логика без промедления подсказала: беда…
Зная, что я звоню сам, как только моя нога ступает на московскую землю, просто так искать меня она бы не стала.
Сразу в голове возник их домашний лазарет, больная Варвара Григорьевна, медсестра, приходившая каждый день делать уколы. Как-то Надя обмолвилась, что у матери неважно с сердцем.
Набирая номер телефона Дома моделей, я на всякий случай подбирал слова утешения. Хорошо, что сначала подойдёт Агнесса Петровна. Амортизатор…
Но трубку взяла Надя.
— Игорь! — вырвалось у неё. И в голосе какой-то испуг и облегчение, что это наконец я. — Как ты мне нужен!..
— Да, Наденька, я… Я!
— Ты так был нужен… Ты мне был Очень нужен, — повторяла она…
Я пригласил её немедленно приехать и, терзаемый неведомой тревогой, терялся в догадках, пока она шла ко мне в прокуратуру.
После моего визита к ним Надя решилась наконец поговорить с Кешкой о том, что выходит за меня замуж. Чего это ей стоило, по её словам, она не могла передать. Куда тяжелее, чем объяснение с мужем.
Результатом явилось то, что её сын исчез из дому. Его искали два дня. Кешку забрали в детскую комнату милиции в аэропорту Шереметьево,