Слева от солнца стр. 248
сказать…
— Я хочу сказать, что по тропке, протоптанной Мореходом, к нам тут же нагрянули другие гости. А уж они деликатничать не стали, — начали грести все, что под руку попадет.
Генка не поверил своим ушам.
— Не может такого быть!
— Еще как может! В древнем мире это называлось «ворваться в город на плечах противника». Вот и твой дружок впустил к нам в город орду дикарей, поработал этакой троянской лошадкой. А вот кто упрятал в лошадку дикарей, в этом еще стоит разобраться.
— Вы что! Думаете, это я?!
— А почему мне так не думать? — стального цвета глаза Окулиста глядели холодно и без тени сожаления. — Ты ведь, Геночка, у нас известный комбинатор! Вполне мог выставить Морехода дурачком-простачком и втихую пригласить со стороны диковатых гастролеров.
Генка набрал полную грудь воздуха и промолчал. Уши продолжали пылать огнем, но сказать было нечего. То есть он мог бы, наверное, ударить себя в грудь, поклясться и покаяться, но версия Окулиста звучала вполне убедительно. Хакер — не человек, и веры ему нет. А уж если находится тот, кто взламывает двери, то найдется и кто-то другой, кто эти двери откроет, обчистив дом до последней нитки.
— Какой ущерб? — еле слышно спросил он.
— По счастью, небольшой. Очень уж грубо действовали господа дикари. И наследили прилично. За руку их ухватили в последний момент, но этого оказалось достаточно. Хапали главным образом акции медных заводиков — и могли бы унести миллионов на десять-двадцать, но не успели. Собственно, с них и началось наше расследование. Потом уже вышли на Морехода, а после и на тебя, дружок.
— Но Мореход не знал, где я.
— Неважно. Он выслал тебе посылку. Это во-первых, а во-вторых, ты сам засветился, сделав звонок по сотовому телефону. Добавь к этому свой железнодорожный билет и поймешь, что найти тебя было несложно.
Генка вновь опустил голову.
— Я дикарей не звал. Честное слово!
— А Морехода?
— Мореход — да. Моя вина.
Окулист коротко кивнул.
— Хотел отомстить?
Генка не ответил, и в домике повисло тягостное молчание. Только пара мух ошалело металась вокруг лампы. Для них электричество тоже было в диковинку. Забросив ногу на ногу, Валера по-хозяйски качнул стареньким кедом и деликатно прокашлялся.
— Кажется, позиции прояснились, — подал он голос. — Непонятно одно: чего вы от нас хотите? Очередных репараций? Если так, то извините, взять с нас нечего.
— Так уж и нечего? — Окулист прищурился.
— Ну, разве что возьмете морковью да горохом. А не побрезгуете, — ведро репы накопаем, — голос у Валеры был совершенно серьезным, хотя ясно было, что над гостем он подшучивает. Разумеется, Окулист это моментально уловил.
— А почему такой тон?
— А чего вы еще ждали? — Валера продолжал покачивать кедом. — Ясно же, что парень погорячился. Я больше скажу: судя по вашим джигитам, и вас есть, за что наказывать. Конечно, Генка — тот еще фокусник, но больших гадостей никогда не сделает.
— Вы уверены?
— На все сто.
Окулист немного помолчал.
— Простите, вы ведь ему не родственник?
— И даже не сосед! — Валера осклабился. — Кстати, знакомы мы с ним тоже относительно недавно. Еще вопросы?
— Только один: откуда такая убежденность в невиновности Геннадия?
— А вы поглядите, что этот парень делает для нас. Я говорю про Соболевку. Вы вот счет ему перекрыли