Слеза дьявола стр. 423
в приборную доску.
— Теперь такое продают автоматы в штаб-квартире?
— Нет, это подарок от моего подопечного Гари Мосса. — Она протянула бутылку ему. Паркер сделал большой глоток и вернул пиво ей. Лукас оставалась в машине, но теперь развернулась на сиденье, чтобы лучше видеть его.
— Какая ночь!
— Да, какая ночь! — повторил он. Потом склонился вперед и протянул ей руку.
Она крепко ухватилась за нее. Оба сбросили перчатки, но хотя их пальцы покраснели от мороза, у обоих, видимо, оказалась одинаковая температура тела — по крайней мере от ее прикосновения Паркер не ощутил ни тепла, ни холода.
Ни он, ни она не решались убрать руки. Тогда он накрыл их рукопожатие сверху левой ладонью.
— Как там ваши дети? — спросила она. — Напомните мне, какие смешные прозвища вы им дали.
— Мистер и мисс Ху.
— Да, точно! Вы с ними разговаривали?
— Они в порядке. — Он с неохотой разжал руку.
Она тоже не хотела убирать свою? Или ему только показалось?
— Как я полагаю, вам понадобится мой отчет? — спросил он, вспомнив, сколько бумаг требовала прокурорская служба, чтобы подготовить дело для передачи в суд. Целые горы. Но Паркера это не раздражало. В конце концов, именно документы, те же бумаги, были делом всей его жизни.
— Да, он будет нужен, — ответила Лукас, — но с этим можно не торопиться.
— Сдам его в понедельник. В эти выходные мне нужно закончить одну работу.
— С документом или просто по дому?
— Если под работой по дому вы подразумеваете молоток и гвозди, то нет, — рассмеялся он. — Это не мое. Могу приготовить еду, но с инструментами предпочитаю не связываться. Нет. Изучаю одно письмо на предмет подлинности. Предполагается, что его автором был Томас Джефферсон. Антиквар из Нью-Йорка заказал мне экспертизу.
— И оно подлинное?
— Чутье подсказывает, что да. Но нужно провести еще несколько тестов. О, кстати… — Он достал из кармана и отдал ей пистолет.
На Лукас теперь была юбка, и, стало быть, никакой кобуры у лодыжки для запасного оружия. Поэтому она просто сунула пистолет в бардачок на панели приборов. Паркер же снова имел возможность вглядеться в ее профиль.
«Что может заставить такую женщину завидовать мне?» — снова задался он мысленным вопросом.
Что ж, иногда головоломки сами наводили на правильный ответ, когда приходило время.
А бывало, что правильного ответа так никогда и не удавалось найти. И, по убеждению Паркера Кинкейда, если такое случалось, то, значит, сама судьба не хотела этого.
— Эй, а что вы делаете завтра вечером? — спросил он вдруг, решившись. — Не хотите попробовать ужин, приготовленный одиноким мужчиной из пригорода?
Она колебалась. Хотя при этом
ни один мускул не дрогнул на лице. Казалось, она даже дышать перестала. Он тоже не шевелился и просто стоял с чуть заметной улыбкой на губах, с какой обычно дожидался от детей признания, кто из них стащил печенье из буфета или разбил лампочку.
Под конец она тоже улыбнулась, но он сразу распознал фальшивку — каменную улыбку под стать ее глазам. И сразу понял, каким будет ответ.
— Прошу меня извинить, — сказала она очень формальным тоном. — Но у меня есть планы на этот вечер. Может быть, как-нибудь в другой раз.
Это означало «никогда». В «Руководстве для отца-одиночки» Паркера Кинкейда присутствовала целая глава, посвященная умению отказывать