Слезинка в янтаре стр. 113
я, глядя из окна такси на проплывающие подмосковные дачи, почему она до сих пор работает на фабрике?
Кое-что об Оле я знала благодаря Сергею. Перед уходом Александры у них был долгий душевный разговор — до того искренний, что она поделилась своими переживаниями об Оле.
— Думаю, — это ее собственные слова, — я сама виновата. Настроила девочку против мужчин, убедила, что им нельзя верить. А ведь он, Михаил этот, оказывается, ей предложение сделал, а она, дурочка, чего-то испугалась. Он и денег ей дал, и объяснил, что сильно занят, у него сейчас важная работа. Попросил спокойно дожидаться в Москве. А она, видишь, снова вернулась на фабрику, строчит свои полотенца…
Конечно, я не могла не спросить Сергея, как они расстались, и он признался, что ему было тяжело. Александра ведь в самом деле помогла ему подняться на ноги и просто многое для него сделала. Хотя он и не сомневался, что после всего, что произошло, такой человек, как она, просто не смог бы остаться. Он хорошо ей заплатил, поблагодарил за все. Оказывается, она уже подыскала себе работу — стала директором в привокзальной гостинице. Кажется, за Александру можно больше не волноваться.
Олю пришлось довольно долго ждать на проходной. Но вот она выбежала, мы бросились друг к другу и обнялись.
— Как же я соскучилась! — Я с нежностью разглядывала ее. — Мне кажется, я не видела тебя сто лет.
— А я — двести! — Она смеялась и плакала одновременно. — Значит, ты меня простила?
— Да это я должна просить у тебя прощения.
Мы отошли в сторону, присели на скамейку. Я достала коробочку с кольцом.
— Это от одного нашего общего знакомого, — сказала я, чувствуя, что и сама волнуюсь.
— От Караваева? — Она отпрянула.
Конечно, разве ей могло прийти в голову, что я только что вернулась из Р.?
— От Михаила Семеновича Минкина.
— От Миши? Но как? Он что, был в Москве?
— Нет, это я туда ездила.
Оля была совершенно сбита с толку.
— Ничего не понимаю. Что ты там делала?
— Хотела забрать Марину.
Я еле сдержалась, чтобы не рассказать все-все, что произошло с нами там, в Р. Вот бы она удивилась!
— Ты ездила за Мариной?
Пришлось в подробностях рассказать ей о сестрах-близнецах, которых Аня использовала для своей реконструкции.
Пока я говорила, Оля успела написать короткую эсэмэску.
— Словом, нас с тобой развели тогда, как глупых девчонок. Но мы похоронили Ирину, и теперь хотя бы у нее есть могила — настоящая, человеческая.
Стоило мне договорить, как со стороны главного входа вышла девушка в синем форменном халате. Оглянулась, заметила нас и двинулась в нашу сторону быстрым шагом.
Перед самой скамейкой она застыла в нерешительности.
— Садись, Марина, не бойся, — подбодрила ее Оля. — Все в порядке.
— Здравствуйте. — Девушка протянула мне руку. — Не ожидала вас здесь встретить.
Кто был по-настоящему потрясен, так это я. Та самая Марина! Ее рассказ был коротким и удивительным. Своим спасением она оказалась обязана — кто бы мог подумать — все тому же Минкину.
— Это я попросила его, — призналась Оля. — Не надеялась, правда, что он поможет. А он взял ее за шкирку, тряханул как следует, посадил в самолет и отправил сюда, в Москву. Я ее встретила, привезла к Кате.