Слезы звезд стр. 175
совесть свободного и гордость его — не могли придраться к ней.
Вот о чем жалею я. Поистине, когда дело сделано, начинает оно казаться недостаточно великим. Новых испытаний хочет дух. Доказывать он хочет снова и снова свою силу и свою твердость.
Но не самое ли великое испытание ждет меня завтра на рассвете? Не высший ли выбор свободного — положить руку на плечо смерти, когда можно выбрать жизнь. И смертью своей утвердить навсегда истину, которую раньше доказывал жизнью? И кровью своей окрасить слова, высеченные собственной рукой на скрижалях?
Нет, Танцующий, тебе не о чем жалеть. И нечего больше желать.
Завтра дух твой будет свободен. Легко взмоет он ввысь, туда, где парят лишь орлы.
Не настало ли время выбирать ему новый путь? Тысяча сторон света ляжет перед ним. Куда ринется он? Где найдет он новое пристанище? Где будет набираться он силы для новой истины, как виноградная лоза набирается соков из земли, чтобы затем пролиться освежающим вином?
Вслед за закатным солнцем метнется он! К горному орлу и снежному барсу, к моей горе и моему дереву! Я давал им обещание вернуться. Настал час сдержать слово.
Какая доблесть в том, чтобы лететь навстречу восходу?! Он и сам придет, даже если стоять на месте.
Но не для того были быстры и легки ноги у Танцующего, чтобы стоял он на месте. И не для того быстры и легки крылья у его духа!
Туда, на запад, устремится мой дух. И обогнав солнце, станет он началом нового дня.
И к западу от своей смерти, вихрем ворвусь я в новую жизнь.
Так пел Танцующий на берегу моря, провожая последний свой день.
О городе по имени Печальная собакаГород по имени Печальная собака превратился в город призраков. Иногда, в сумерках, если выйти на главную площадь можно увидеть помост с виселицей и сидящих вокруг него псов. Днем они бродят по пустому городу без всякого дела, вываливают ярко-розовые языки на жарком солнце и вычесывают блох. Но когда на город опускаются сумерки, они приходят на площадь и садятся вокруг помоста, подметя хвостами пыльную мостовую. Псы тоже ждут. Они ждут, когда странный пророк, который не пел, а танцевал, взойдет на эшафот. Их ожидание длится веками. Но псы терпеливы. И полны желания судить и воздавать за содеянное. Веревка с петлей на конце тихонько покачивается на ветру, а псы не сводят с нее красных глаз. Им тревожно, пророк почему-то не появляется…
Однажды я был в городе по имени Печальная собака, в городе призраков. Я медленно брел по булыжной мостовой, а местами — по плотно утрамбованной земле. Каждый дом жил своей жизнью. Я видел причудливые колонны и портики, барельефы на фасадах, скульптуры в глубоких нишах… Все было призрачным и зыбким, но в то же время бесконечно настоящим, словно под влиянием загадочных сил вдруг проступило истинное лицо этого города, которое у него было много столетий назад. Зыбкое царство…
Усталости я не чувствовал, хотя бродил по улицам старого-старого города долго. Наконец, я свернул с очередной улицы и оказался на большой площади. Это была центральная площадь города. Она тонула в сумраке, но я смог разглядеть, что впереди темнеет какое-то сооружение. Ноги сами