Шляпка с перьями стр. 76
этого не делала. Он несколько раз назвал ее Стефани, но – ни разу за последние две недели. Неужели только они двое сохранят друг к другу формальное обращение?
Маленькая дочь маркизы, трехлетняя Розамунда – прелестное светловолосое создание, вылитая мать – была крайне застенчива. Но Стефани придвинулась к ней ближе и вскоре настолько завоевала доверие девочки, что та перебралась к ней на колени. Они играли, считая пальчики на руке малышки, пока пятилетний Джеймс рассказывал герцогу, насколько далеко он продвинулся в верховой езде с того времени, как герцог уехал из Гаймура. Его отец ласково теребил левой рукой волосы на макушке у мальчика. Он мягко улыбался.
– С того времени как ты сказал ему, что у него хорошая посадка, Бридж, время для прогулок он использует только на верховую езду, – сказал он. – У нас растет будущий известный наездник.
Остальные экипажи ехали следом за каретой герцога, так что все они одновременно достигли парка и начали высаживаться с шумом, смехом и путаницей.
– Майкл, – сказала графиня своему одиннадцатилетнему сыну, – помни, что ты – старший. Я верю, что ты будешь хорошо вести себя и не заведешь младших в какую-нибудь беду.
– Да, мама, – крикнул он через плечо, мчась к ближайшему дереву.
– Фрэнсис, – позвала Кора. Она держала малышку Аннабелл, которая шумным писком требовала, чтобы ее опустили на землю. – Эндрю убежал.
– Эй, куда! – закричал лорд Фрэнсис и ринулся к двухлетнему сыну, который успел отойти на расстояние, удивительно большое для таких крохотных ножек.
– Эндрю представления не имеет о поворотах и углах, – объявила леди Фрэнсис Стефани, – как и о том, что можно спокойно ходить. Он бегает – и только по прямой линии.
– Да, – рассмеялась Стефани, – я уже несколько раз успела это заметить.
– Папа, – требовал пятилетний Джонатан у графа, – хочу играть в крикет. Ты сказал, что дядя Фрэнк все возьмет.
– Милый мой, – успокаивал его отец, – нельзя ли нам повременить пять минут? Можно, мы все сначала отдышимся?
– Ура! Крикет! – кричал пятилетний Пол Неллер с энтузиазмом. – Я буду бить первый. Биты мои, поэтому я бью первый.
– Но манер ты определенно лишен, – укорила его мать. – Ох, спасибо, Стефани. Она такая тяжелая. – Она улыбнулась, когда Стефани взяла у нее из рук Аннабелл. – Можешь теперь для разнообразия подергать за волосы тетю Стефани, солнышко.
– Ты можешь бить первым, Пол, – великодушно разрешил Джонатан. – Но я буду играть в команде дяди Фрэнка.
– Кажется, для тебя день пропал, Фрэнк, – сказал граф, когда лорд Фрэнсис присоединился к взрослым и начал подбрасывать вверх весело смеющегося сына.
– А мы, женщины, обречены приглядывать за этими сорванцами, – сказала маркиза с деланным вздохом. – Мир никогда не изменится.
Но герцог Бриджуотер, оказывается, уже все распланировал, и вскоре веселый хаос был упорядочен. Те, кто хотел играть в крикет, должны были собраться вокруг лорда Фрэнсиса и разделиться на две команды, равные по величине и умению. Сам герцог не собирался участвовать в игре, так же, как граф и маркиза.
– Забирай их, Фрэнк, – сказал он. – Гартли, тебе лучше взять Розамунду, поскольку она не пойдет ни ко мне, ни к Габриелю. Габриель возьмет Аннабелл. Эндрю, дружок, ты можешь покататься на плечах у дяди Алистера, если обещаешь не дергать меня за уши. Когда устанешь, можешь бегать до полного