Слишком бурный отпуск стр. 33
которых впоследствии удалось-таки взломать немецкие шифры. В глазах Грейс светился неподдельный интерес. Роланд не мог отвести от нее взгляда. Понимал, что его неудержимо тянет к ней, никогда раньше он не встречал никого, похожего на нее. Лин была общительной и уверенной в себе, по крайней мере до тех пор, пока желание завести ребенка не превратилось в манию. Грейс тихая и робкая, но что-то в ней влекло Роланда. Хотелось смести все барьеры, мешавшие ей быть собой.
– А когда ты начала работать с числами?
– Мне всегда нравились цифры. Папа заметил, что я люблю разгадывать головоломки в воскресных газетах, и стал покупать специальные журналы.
Мои любимые загадки те, где нужно вписать числа в квадрат, чтобы везде получались равные суммы. Потом я перешла на логические задачи и судоку. В школе даже выиграла соревнование, потому что быстрее всех решала задачи.
– И ты никогда не хотела изучать математику в университете?
– Один из моих преподавателей хотел, чтобы я хотя бы попробовала поступить в Оксфорд. Но я не хотела преподавать. Казалось, тратить три года на учебу и влезать в долги глупо, ведь можно учиться, работая, и сдавать профессиональные экзамены.
Ну, конечно, рассудительная, ответственная, выдержанная. Что еще от нее ожидать? Интересно, если ей поработать с абстрактной математикой, что произойдет? Роланд не сомневался, что Грейс бы преуспела.
– Именно тогда ты познакомилась с Говардом? На практике?
– Я проходила практику в другой фирме, а в «Саттонс» пришла потому, что у них были перспективы для карьерного роста. Я и подумать не могла, что начну встречаться с сыном шефа, но мы вместе работали. Спустя полгода он пригласил меня на свидание.
Наверное, Грейс концентрировалась на учебе, нежели на мальчиках, неудивительно, если Говард был ее первым настоящим парнем.
– Тебе он нравился?
– Да, он добрый и обходительный. Ну, а как вы познакомились с Линетт?
– Мы работали вместе. Я в качестве архитектора, она проходила практику персональным ассистентом. Мы танцевали на рождественской вечеринке, с этого все началось.
– Ты сразу понял, что она – та самая?
– Наверное. Мы быстро съехались, но Лин настояла на помолвке, когда я попросил ее выйти за меня.
– Но вы не были помолвлены четыре года.
– Всего год. И то я еле вытерпел. Но Лин оказалась права: за этот год мы узнали друг друга так, что никаких сомнений в правильности выбора не оставалось. И мы были счастливы.
Он помолчал, не желая рассказывать о последнем годе брака. Все подружки Лин быстро забеременели, а ему приходилось каждый месяц утешать жену, когда становилось ясно, что очередная попытка провалилась. Врачи говорили, что они еще молоды и рано думать о лечении от бесплодия. Советовали расслабиться и не терять надежды. Но секс в последние полгода утратил былое очарование, поскольку они снова и снова старались зачать ребенка. Повсюду таблицы и подсчеты цикла овуляции. Любовью они занимались по минутам, вместо того чтобы просто наслаждаться процессом.
Роланд стал задерживаться на работе, хватался за любую возможность уехать, будь то конференция или просто внеурочная работа. Это помогало снять напряжение. Дома он чувствовал себя роботом, машиной. Именно тогда он купил дом рядом с пивоварней, это позволяло полностью отвлечься, сбежать от реальности. Разумеется, Роланд никому об этом не рассказывал, даже родным