Слишком чужая, слишком своя стр. 151
Вы меня простите за такие подробности, но случиться может всякое. Юлия Павловна, вам придется выйти из помещения банка другой дорогой. Вас здесь кое-кто поджидает.
Мы идем по пустому коридору. Большое здание, можно заблудиться. Управляющий ведет меня так, словно для него выводить клиентов через черный ход — обычное дело.
— Виктор Васильевич, кто...
— Вам лучше знать, кто вас ожидает. Но я не позволю, чтобы клиентов нашего банка арестовывали. По крайней мере здесь. У нас есть репутация. И мне не нравится, когда на меня давят, а разные чинуши угрожают санкциями, которые они не имеют права применять.
— Я вам очень признательна.
— Удачи вам.
Он пожимает мне руку, и я ухожу. Мой мир создан не только из белых пятен. Каким цветом обозначить этого управляющего? Наверное, синим. Консервативный и постоянный синий.
— Я даже взмок. — Вольдек растерян. — Что там за канитель?
— Ничего особенного. Сидите здесь, я заскочу в магазин.
— Да не возись долго, я тут как уж на сковородке.
Мне давно надо было сюда. Прекрасный магазин.
Лишь бы не напороться на его ретивого хозяина. Милый человек, но мне нельзя сейчас обращать на себя внимание. Я покупаю еще одну сумку, потому что моя уже слегка обтрепалась. Кое-что из белья, одежды, обувь. Для Вольдека тоже — предметы гигиены, белье и рубашки. Мне совсем не улыбается, чтобы он себя запустил.
Когда я подошла к машине, мне пришлось постучать в окошко: Вольдек меня в упор не узнал. Естественно! Я переоделась в новый костюм и сделала прическу. Мне даже удалось немного помыться в салоне красоты. Там очень хорошо пахло и было чисто, и так не хотелось опять выходить на улицу, где стадами носятся микробы и тучами оседает пыль!
— Ну, ты даешь! Филя, ты только глянь! А это что? Зачем столько пакетов?
— Открой багажник. Тебя забыла спросить, на что мне тратить свои деньги.
— Так ты еще и злая?
— А ты как думал? Не раздражай меня попусту, и все будет хорошо.
Теперь едем целенаправленно. Возможно, сестра Марии Семеновны приютит нас на какое-то время. Мне есть чем заплатить. Если нет — значит, нет. Поедем дальше.
— Куда мы едем? — Вольдеку неймется. Его удручает пассивная роль. Ничего, парень, переживешь.
— В Белгород. Ты бывал там?
— Нет, но знаю, где это. К кому мы едем?
— Да так, к сестре одной моей знакомой. Возможно, сможем переждать у нее, если она нас, конечно, примет. Если нет — что-нибудь придумаем.
— Дыра. — Вольдек зевает. — Что мы будем там делать столько времени? Позеленеем от скуки.
— Тоже мне, столичная штучка! Лучше помолчи.
И солнце, что клонится к закату, — наверное, где-то... за бабы-Дуниным сараем... Не знаю.
— Давайте остановимся и немного перекусим. — Вольдек не настроен на поэзию. Ну что же, каждому свое. — Вот хорошее местечко, даже колодец есть, смотри. Наверное, недавно вырыли, потому что не припомню, чтобы раньше он здесь был.
Мы съезжаем с дороги. Странно: никто не остановил машину. А постов дорожной милиции мы проехали несколько. Я делюсь с Вольдеком своими наблюдениями.
— Нашла о чем говорить! Не трогают —