Слой Ноль стр. 441
Люда.
– Будет и ураган… – сказал Борис, нагибаясь за Костиным автоматом.
Никто из бригады воспользоваться оружием не решился. Это все-таки были люди – нормальные люди в нормальном мире. И на убийство они реагировали адекватно: они оцепенели от страха. Поэтому, расстреливая двадцать оболочек, Виктор стыдился и мучился. И ненавидел себя за причастность к тому, что для других – для нормальных – всегда было и навсегда останется где-то там… где угодно, только не здесь, и в итоге – нигде. Между. Собственно, этим они все и отличались: знанием. Давно низведенным до бытового уровня, но все-таки Знанием, что твой пугающе огромный мир – это лишь пластинка в бесконечном веере, и путь отсюда, как и путь сюда, находится не за годами и километрами, а здесь и сейчас, в самом тебе.
Виктор с Борисом синхронно сменили магазины.
– То, что мы делаем, просто отвратительно, – сказал Мухин.
– Согласен два раза, – ответил Борис. – Но выжить эти оболочки не должны, иначе они вернутся. С памятью об Установке… Люда, не смотри на это!
– Я и не смотрю… Я понимаю, по-другому нельзя… А с Макаровым ты был убедителен. – Она достала последнюю сигарету и спрятала пустую пачку в сапог. – Почти не давил. Я и сама чуть не купилась.
– Ну и зря.
– Что зря?..
– Ренат где-то видел топор… – задумчиво произнес Борис. – Или нет?..
– Зачем тебе топор?!
– Попробуй догадаться… Витя!
– Топора нет, – отозвался Мухин. – Есть пулеметы.
– Можно и так…
– Борис! – крикнула Люда. – Что ты собираешься делать?
– Как что? Разрушить портал.
– А… Установка? Она же отключится!
– Мы разве не за этим пришли?.. – спросил Виктор, собирая у монтажников оружие.
– Что же раньше-то?.. Ренат ее сразу хотел сломать. Вы не позволили… Борис… ты этих ждал? С ящиками?
– С ящиками, – подтвердил он. – Белую кость мы ждали. Цвет научно-перекинутой интеллигенции. Теперь в этом слое у них нет оболочек. И у Макарова – нет.
– И когда отражения сольются, у них не останется тел, – заключил Мухин. – Они сюда больше не перекинутся.
– Что сольется?! Этот тамбур уничтожат, и ничего не сольется!
– У Макарова не было времени подумать. У тебя оно есть. – Борис ударил ногой по двери и вышел на обзорный мостик.
Виктор последовал за ним и, свалив пулеметы на площадку, клацнул предохранителем.
Громадный «магнит» внизу по-прежнему упирался в исчезающую плоскость. Реализованный как военный проект, он находился в этом зале более полувека и все это время держал границы между слоями открытыми. Вокруг него стояли десятки контейнеров. Часть из них техники освободили и собрали во внутреннем радиусе – там, где поместились бы квартиры ботаника, оператора, писателя-фантаста и прочих Мухинских отражений – громоздкую конструкцию, пока еще не законченную, но уже имеющую какой-то общий вид.
– Куда? – молвил Виктор.
– Понятия не имею… – хмыкнул Борис.
Мухин передернул затвор и, широко водя рукой, точно поливая из лейки, выпустил очередь по правому «рогу». Далеко на полу забренчали гильзы – последняя упала лишь спустя две секунды после того, как кончился магазин. Виктор выбрал из кучи второй пистолет-пулемет, затем, подумав, взял еще один. Расстреляв обе обоймы, он облокотился на поручень и прислушался. В зале снова воцарилась клейкая тишина. Борис добил рожок из «Калашникова» и раздосадованно сбросил автомат вниз.
– А вдруг эта штука пуленепробиваемая? – озабоченно