Сломанные ангелы стр. 500
без особого энтузиазма.Та, что стояла на «Чандре», была крайне низкого качества: всякий раз, покидая наше общество, Вонгсават проходила циклы разморозки, зачем-то инициируемые навороченным компьютером криосистемы. Хорошо проработанный клип с чиновником из Дома Хань придумала и закодировала Сунь Липин. Она сделала это просто так, в шутку – когда Вонгсават принялась ругаться на плохую работу криокапсулы.Разумеется, Вонгсават преувеличивала. Что неудивительно в обстановке, моделирующей жизнь до такой степени идеальную. Как правило, Амели возвращалась к уже остывшему кофе, а те системные тесты, что ей приходилось выполнять в пилотской кабине, заканчивались со стопроцентно успешным результатом. Настолько четко работала навигационная система Нахановича. Как однажды сказала Сунь, инопланетяне не могли построить средства более качественные.Пару дней назад я припомнил Сунь эти слова. Мы плыли на матрацах, огибая мыс и щурясь от яркого солнца. Она вспомнила их с большим трудом. Теперь все случившееся на Санкции IV казалось очень далеким, словно это было в другой жизни. Нынешняя потусторонняя реальность напрочь лишала всякого чувства времени. Наверное, потому, что такой необходимости просто не было. Любой из нас мог узнать время, уже проведенное в пути и оставшееся до прибытия на Латимер, из виртуального банка данных, но казалось, никто не хотел об этом помнить. Все предпочитали мутную неопределенность.Мы знаем, что на Санкции IVпрошло несколько лет. Сколько и как именно – из нашей норы их ситуация выглядела совер-шенно неясной. Возможно, война уже закончилась или закончился вновь заключенный мир. А возможно – нет. Впрочем, ничто не имело большого значения. Жизнь своим чередом проходила мимо.По крайней мере для большинства из нас.Иногда я вспоминаю о Тане Вордени и каждый раз теряюсь в догадках: чем теперь занимается наш археолог? Спрашиваю себя: осталась ли она на Санкции IV или кочует по этой системе? Возможно, взяла новое тело взамен прежнего, износившегося за время подбора шифров к марсианскому дредноуту?Интересно, сколько еще мертвых кораблей вращается по орбитам вокруг неизученных нами миров? Кораблей, всегда готовых открыть огонь по своим старым врагам и снова падающих в темноту после схватки, получив повреждения. Они пускают в ход странные машины, выползающие из коридоров, чтобы зализать раны, отремонтировать и подготовить оружие к новым стычкам.Пытаюсь вообразить, со сколькими цивилизациями еще пересечемся мы в этом неожиданно густонаселенном небе? Раз уж начали свой поиск. И я иногда задумываюсь: в чем первопричина их появления? Удивляюсь, за что сражаются эти существа в пространстве близ никому не известной звезды, ничем не примечательной, – и всегда сомневаюсь, стоит ли жертв такая война?Куда реже мысли обращаются в сторону Латимера и того, что лишьпредстоит сделать. Кажется, детали и вовсе несущественные. Квеллистам понадобится отчет. Они захотят знать, почему я не склонил Кемпа к их проектам в масштабе всего Латимерского сектора и почему в критический момент перебежал на другую сторону… Хуже всего, что я оставил дело в состоянии, ничем не лучшем момента, когда был транслирован на задание по узконаправленному лучу. Нанимая меня, они явно представляли дело в несколько ином свете.Что-нибудь придумаю.Теперь у меня нет тела, но это не самая большая проблема. Есть доля – половина от тех двадцати миллионов долларов Объединенных Наций, что лежат на счете в банке Латимер-Сити. Есть небольшая команда из крепких профессионалов, дру-зей, один из которых имеет близкие родственные связи в
Переход на страницу