Сломя голову стр. 2
Знаешь, иногда приятно почувствовать, что тебя ценят, – ответил он резко.
И что мне полагалось на это ответить? Неужели он думал, будто я не ценю его? Если так, то он ошибался, но возражать было бессмысленно. Что бы я ни сказал сейчас, мои слова прозвучат неискренне, как оправдание.
Остаток вечера, пока он занимался оценками, прошел в почти полном молчании. Я никак не мог понять, сердится ли он еще или уже нет, но спросить прямо боялся. Не хотел нарываться на ссору. Я узнал ответ на свой вопрос, только когда мы легли в постель. Я потянулся к нему, а он без единого слова повернулся ко мне спиной, и я остался лежать на своей половине, гадая, что теперь делать.
Прошло три года с тех пор, как мы познакомились. Два с половиной из них мы были любовниками, а год назад я подарил ему кольца. После того, как мы с Джаредом открылись моим родителям, наши отношения вошли в спокойную колею. Мы были неизменно счастливы вместе, но то был сдержанный, удобный тип счастья. Теперь я забеспокоился, что с нами произошло то же, что и со многими другими парами. Что мы стали принимать друг друга как должное. Говоря за себя, я мог честно сказать, что люблю его не
меньше, чем раньше – а может, и больше, – но я был не особенно эмоциональным парнем. Возможно, мне стоило активнее проявлять свои чувства.
Я спал урывками и проснулся в 4:15 от сигнала будильника. Пора было собираться на смену с пяти до двух. Джаред еще спал, как обычно раскинувшись на животе по центру кровати. Я отвел его кудри в сторону, чтобы поцеловать в шею, потом скользнул ладонью вниз по спине и услышал, как его дыхание изменилось.
– Скажи, что ты больше не сердишься, – попросил я.
Он вздохнул и сонно ответил:
– Не сержусь.
– Правда?
– Честное слово.
– Прости, что я такой ревнивый засранец.
– Ты прощен, – проговорил он. – А теперь иди. Я хочу спать.
– Увидимся в два.
Я начал вставать, а он пробормотал в подушку:
– Вообще-то не увидимся. Ученический совет втянул меня в подготовку зала к сегодняшним танцам в честь праздника.
– Соболезную.
– Наоборот, я был просто счастлив выйти из роли наставника. – Он откатился от меня и, накрывшись с головой, проговорил из-под одеяла: – Я буду дома к пяти. Надеюсь.
– Хорошо, – сказал я. – Но ты точно больше не сердишься?
– Мэтт, сейчас четыре часа утра. У нас все нормально, ясно? А теперь уматывай.
И я умотал.
Он сказал, что больше не сердится, и я поверил ему. И тем не менее его вчерашние слова весь день не шли у меня из головы. Иногда приятно почувствовать, что тебя ценят. Вывод напрашивался один. Джаред думал, будто я не ценю его. И я занервничал.
После работы – как будто собственных тревог мне было мало – я зашел в раздевалку и увидел там Гранта Джеймсона, который в теории должен был готовиться заступить на смену, а в реальности сидел, держась за голову, на деревянной скамейке.
Я не был большим поклонником Гранта. После того, как мы