Случайная Любовь стр. 137
полицейские добавили хранение наркотиков в список обвинений. – Ронни покачала головой. – Я до сих пор не могу поверить, что они освободили его под залог. – Она энергично потерла лицо обеими руками. – Господи, Роуз, – вздохнула Вероника. – Я знала, что он что-то принимает, но думала, что это марихуана, не кокс. – Она сделала глубокий вдох. – Этот наркотик убьет его, а ему наплевать. Я попыталась поговорить с ним о поездке в реабилитационный центр, но он даже не захотел меня слушать. – Вспомнив обидные слова брата, Вероника поморщилась от боли. – Словами ему не поможешь, они для него пустой звук.
Роуз услышала грусть в голосе подруге и поняла, что у случившегося есть скрытые причины. Она пододвинулась на кровати, развернувшись лицом к Веронике.
– Неужели он всегда был так враждебно настроен по отношению к тебе?
– Нет. – Ронни уставилась в потолок. – Когда мы были еще детьми, Томми был моей тенью. Все, что делала я, он тоже хотел делать. Если меня что-то заинтересовало, он тоже был в этом заинтересован.
– Что случилось?
Ронни пожала плечами.
– Я действительно не знаю. Мы повзрослели, и все изменилось. Я думаю, он всегда считал, что поскольку он был единственным сыном, то именно ему предстояло встать у руля компании, когда наш отец ушел в отставку. Думаю, из-за этого он и злится на меня. Я заняла его место.
– Но ты пытаешься ему помочь.
– Он мой брат. Что еще я могу сделать? – Сцепив пальцы, Ронни закинула руки за голову. – У него такой потенциал, Роуз. Мне больно и ненавистно видеть, что эти наркотики делают с ним.
– Может быть, есть еще надежда, что он по собственному желанию обратится за медицинской помощью.
– Может быть, – уступила Ронни. – Полагаю, все возможно. Но Господи, он иногда настолько выводит меня из себя, что я теряю над собой контроль. Я могла бы обвинить его в хищение, но я этого не сделала. Ты думаешь, его это он волнует? Нет, я пытаюсь помочь ему, а он отворачивается и называет меня… – Она остановилась, прежде чем бранное слово сорвалось с губ. -… Чертовой сукой, – исправилась Вероника. – А, полагаю, это не важно.
– Нет, важно. – Роуз протянула руку и положила ее на плечо Ронни. – Может быть, твою семью это не заботит, но меня да. Он не имел никакого права причинять тебе боль и так относится к тебе. Ты не заслуживаешь этого. Ты, Вероника Картрайт, одна из самых любящих, нежных женщин на свете, что я когда-либо встречала, и тот, кто этого не видит, не понимает какая ты особенная, глупец и слепой.
Ронни взъерошила девушке волосы.
– Это работает в обе стороны, мой друг. – Она хотела сказать больше, но страх удержал ее. Часть ее души жаждала обнять Роуз и держать ее в своих объятиях вечность, а другая – кричала сказать ей правду, но тогда это бы навсегда разрушило их дружбу. Ее игривое настроение исчезло. – Эй, думаю, нам лучше отправиться спать.
– О… все в порядке. – Роуз была удивлена внезапной сменой настроения подруги, но так было даже лучше, она решила подождать со своим вопросом. Ронни все еще