Случайный попутчик. стр. 256
непостижимо для него – как легко она освоилась с электроникой, которая, может быть, самостоятельно появится на Гиккее через тысячу стандартных лет.
– Теперь я совсем здорова, – ознакомившись с этой рекомендацией и результатами процедур и лечения, констатировала Принцесса. – Даже стала здоровей, чем год назад. Каддет, надо сюда привезти Монаха.
– Надо, – кивнул Кадет. – Я думал об этом. Только как это сделать сейчас?
– Прилететь ночью, разбудить Монаха – я смогу это сделать незаметно – и здесь вылечить его. Теперь я знаю, чем он болеет и как его надо лечить. Особенно глаза, я много прочитала об этом. Скоро он может ослепнуть, Каддет! На Гиккее целители ему не смогут помочь.
– Я знаю, Принцесса, но: день-другой, и его начнут искать. Не найдут – объявят изменником. Ему не будет возврата в Стерру. – Принцесса задумалась. – Мы ему обязательно поможем, Стрела! Обещаю! Ну, что, полетаем?
И тут наступило время сюрпризов, которые уже четыре дня исподволь готовил Кадет. Когда пришло время одеваться для выхода из "Робинзона" наружу, на мороз и в метель, в раздевалке шлюза Принцесса с некоторой даже брезгливостью посмотрела на их прежние одежды – на меховые куртки и утепленные стеганые штаны, которые она сама шила и которые ей так раньше нравились, на грубые тяжелые сапоги, неуклюжие перчатки. Оглянулась на ухмыляющегося Кадета и сердито насупила брови.
– Потрогай их, а лучше всего – одень, – улыбаясь, посоветовал Кадет. Принцесса послушалась его, потянулась за своей одеждой и недоуменно встряхнула ее. Нахмурившись, она посмотрела на Кадета, на свою куртку, еще раз встряхнула ее, погладила, помяла в руках:
– Что ты с ней сделал, Кадет?
– Это не я, – засмеялся Кадет. – Это сделал робот-имитатор. И штаны. И сапоги.
– "Имитатор"? – переспросила Принцесса, снова ощупывая куртку, штаны и сапоги.
Наступило время второго сюрприза. Из стенной ниши Кадет вынул еще один полный комплект для Принцессы. И еще один. Совершенно одинаковые, и внешне неотличимые от натуральных, эти были квазинатуральные материалы. И теперь то, что казалось овчиной, тканью и кожей было почти невесомо, не намокало, не пропускало воды, не гнило, не воняло, не выцветало и не рвалось. И в десятках мест на этих вещах под узелки ниток, складочки, небрежности пошива или медные гвоздики были замаскированы крошечные обогреватели, автоматически регулирующие температуру тела владельца.
– А еще будут спальные мешки, – похвастался Кадет. – Одевайся, Принцесса!
– Спасибо, Коммодор, – обняла его Принцесса. – Покажи мне имитатор, когда мы вернемся.
Помня о высотобоязни Принцессы, Кадет мягко и медленно поднял джип на высоту птичьего полета.
– Красиво! – не сдержался он. Под розовым закатном сиянием Светила, садящегося за горизонт, сиреневые тени кряжа наполняли пейзаж глубиной и чувством покоя. – Песнь величия! – Принцесса промолчала. И Кадет принял решение. – Мы полетим в другое место, – сказал он, оглядываясь на Принцессу. Она сидела на пассажирском сидении в напряженной позе, сосредоточенная и сгруппированная, как десантник перед выбросом. – Чтобы ты не так сильно боялась… посмотри в окно…
Из днища джипа выдвинулись короткие широкие крылья, раздвинулись, удлинились, на их концах появились подобия рулевых перьев, и джип двинулся вперед.
– Мы стали большой птицей. Степным Орлом. Стрела! Нет такой силы на Гиккее, чтобы