Случайный попутчик. стр. 301
что будет потом.
Но наступил день, когда, вернувшийся с шахт Кадет застал в кухне обрадовавшую его картину: Принцесса кормила Монаха!
Они обнялись.
– Хорошо выглядишь, – похвалил Кадет, разглядывая Монаха. – Розовый и лысый, как младенец. Как я рад тебя видеть, старина!…
– Лысый, да… – Монах погладил голый череп. – Принцесса говорит – волосы сменятся. Открываю глаза – Принцесса! А я – голый! – Монах покраснел. – И чувствую себя… необычно. Снаружи я – все такой же старый, как и прежде, если твои зеркала не врут. Но – все вижу! Без очков! Тело сильное – словно новое, и не скрипит. Ноги и руки – как у молодого, крепкие. В боку ничего не ноет… Все зубы новые, непривычно, уже два раза себе язык прикусил… Этот сон – он такой легкий, Каддет!… Правда, что два месяца прошло? Ты не бойся, Принцесса, это совершенно не страшно! – Принцесса снисходительно улыбнулась ему.
– Что сказал диагност, Стрела? – спросил Кадет, когда Монах отправился самостоятельно знакомиться с "Робинзоном". – Не хочешь шоколадку?
– Он советует сделать ампутацию. По локоть. Чтобы биопротез лучше слушался. Или полечить культю – остановить умирание нервов. Но тогда биопротез не понадобится. Я решила жить без биопротеза. Имитатор сделает мне простой протез. Или два. Или три. Я покормлю тебя, Каддет?
– Почему, Стрела? С биопротезом…
– А когда ты улетишь, кто мне будет менять биопротезы, Каддет? Больше пяти лет они не служат, я читала. А простого протеза хватит на всю жизнь.
– Давай пока ничего не решать, Стрела…
– Я решила, Каддет.
– А, может быть, ты все-таки полетишь со мной, Стрела?
– Каддет, я не нашел библиотеку! – возвратившись на кухню, сказал Монах. Он с тревогой посматривал на них. – Вы что, ссоритесь? Из-за послания Чиррера?
– Нет, Монах, – ответила Принцесса. – Не из-за этого. Это только мое дело. А с Каддетом мы никогда не ссоримся, – она улыбнулась Кадету. – Просто Каддету скоро поднимать "Робинзон" и улетать. А я…
– Как – улетать? – растерялся Монах. – Улетать?…
– Сначала – к маршевым движителям, – объяснил Кадет. – Там несложный и не долгий, но все-таки ремонт. Посмотрите на звезды, на Гиккею, какая она…
– Мне нельзя, – предупредила Принцесса. Голос у нее был строгий. – Мальчику это будет вредно.
– Мальчику? – в один голос спросили Кадет и Монах.
– Неспящий, – объяснила Принцесса, улыбаясь. – Вчера я проснулась, и Неспящий сказал: " Здоровый мальчик".
Монах озадаченно-вопросительно посмотрел на Кадета. Тот отрицательно покачал головой. Принцесса засмеялась:
– Монах, я тебе все расскажу. Запишешь в свою Книгу интересную историю. Романтическую. Драматическую. Все, как надо!
– Давайте выпьем вина! – предложил Кадет. – Наконец-то мы опять собрались все вместе. Пошли в гостиную! Сейчас найду бутылку хорошего редкого вина, которого вы еще никогда не пили!
– Мне нельзя, – сказала Принцесса, – но я с удовольствием посижу с вами.
Через пятнадцать недель диск "Робинзона" был отремонтирован – сроки растянулись из-за крепких морозов на высоте стартового стола. Все это время Монах почти безвылазно прожил в библиотеке, а Принцесса – у экрана визора в гостиной, и Кадет только урывками виделся с ними, занятый сначала наблюдением за плавильной печью, а позже – за