Служат уральцы Отчизне стр. 1

Александр Куницын

МЫ ПОМНИМ И ВЕХИ И ДАТЫ

Мы помним и вехи и даты,

Челябинск наш не забыл,

как Блюхер отсюда когда-то —

из Красных казарм —

уходил…

На улице Кирова видим

сейчас командарма лицо…

Мир прошлого,

нас ненавидя,

сжимал огневое кольцо.

Шло нового мира рожденье!

И вел Тухачевский войска,

в жестоких,

кровавых сраженьях

победно громя Колчака!

И нынче живя по уставу,

ребята, едва из юнцов, —

наследники воинской славы

и дедов своих и отцов!

Дрожала фашистская сила,

коль «блицкригу» их вопреки —

вдруг «песню» свою заводила

«катюша» с Миасса-реки!

Челябинской выделки доброй —

хлестала, сжигая дотла!

Фашистскому зверю под ребра,

чтоб нечисть дохнуть не могла!

Обрушив гнев праведной мести

на полчища смерти и зла,

«катюша» уральскую песню

уже под Берлином вела!

И парень челябинский, глядя,

как огненный мчится металл,

в предместье Берлина шептал:

— Вот так-то фашистские… дяди!

На фронтовых путях врага сметала

надежная уральская броня!

Но был покрепче всякого металла

солдат

среди военного огня…

За ним стояли и Миасс,

и Сатка,

негромкое уральское село,

и ждали писем в Троицке солдатки,

и гарь войны до Еткуля несло…

Бойцу такую силу дал Урал,

хватило столько воли

и отваги —

он защитил Москву,

рейхстаг он брал

и спас твоих детишек,

Злата Прага!

…Не защищать нам подступы Москвы,

не выполнять приказ:

«Назад ни шагу!..»

Но повторим сегодня гордо мы:

традиции армейские живы,

и все верны мы

воинской присяге!

Осеннее время, ненастье,

и скоро пурге запуржить.

…А надо бы

бабке Настасье

до нового лета дожить.

Когда растревоженно птицы

покинут тропический юг —

домой из-за южной границы

любимый воротится внук.

И бабка волнуется снова,

и тихо бредет на почтамт:

письма нет долгонько от Вовы —

ну, как он, кровиночка, там?

А ноги у бабки не очень…

Хоть почта не так далеко.

Но, может быть, где-то на почте

письмо затерялось его?

Закружатся белые мухи.

А где-то России сыны.

Глядит

нерастрелянный Блюхер

с кирпичной беленой стены.

…Но есть у стиха продолженье, —

такие теперь времена, —

вернулся солдат из сражений,

и мирная в доме весна…

СУРОВОЕ ВРЕМЯ АФГАНА

Золотым Фондом наших Вооруженных Сил называют советских офицеров, опаленных огнем афганских боев, с бесценным боевым опытом. Один из них — наш земляк, Герой Советского Союза Валерий Востротин.

Полк, которым командовал полковник В. Востротин, покидал афганскую землю последним; вплоть до 15 февраля 1989 года, окончательной даты вывода ограниченного контингента советских войск, установленной Женевским соглашением, десантники Востротина прикрывали отход наших частей — именно его полку было доверено обеспечить безопасность трассы Кабул — Термез.

Пожалуй, ни одна сколь-нибудь значительная корреспонденция из публиковавшихся в те дни в центральной печати с мест последней боевой операции наших войск не обходилась без упоминания фамилии Востротина. «Голос Героя Советского Союза подполковника Валерия Востротина, доносящийся из района Саланга, в штабном кабульском телефоне едва различим сквозь помехи. Востротин рассказывает о том, как в районе кишлака Калатак разведчики его полка окружили банду местного главаря Карима…» (Правда, 1989, 25.01.). Вот еще одна весточка о нем, Востротин уже полковник: «Очень надежные люди работают сейчас на магистрали: и дорожники, и защитники. На усиление мотострелков, держащих, как обычно, вдоль трассы заставы, посты и блоки, пришли десантники