Библиотека

Смерть воды и огня (Богомол - 2) стр. 73

Размер шрифта
-
+
Тема

протянул руку, чтобы принять трубку от Студнева.

- Да? - сказал он.

- Простите ради Бога за ранний звонок, - послышался голос Хованцева, но время не ждет. Скажите, когда вы вчера говорили о своей невероятной догадке, которую рано оглашать, потому что в неё никто не поверит, вы не имели в виду, что за всем этим может стоять женщина... очень красивая женщина?

- Нет, - ответил Акличаг.

- И за все это время, начиная с Англии, вы ни разу не пересекались с красивой женщиной... с ослепительной блондинкой?

- Нет, - коротко повторил Акличаг.

- И не... Может, я туманно выражусь, но вы не ощущали присутствия женщины где-то рядом?

- Ощущал, - сказал Акличаг. - Но это не то.

- Вы имели в виду нечто совсем другое?

- Да.

- Здорового американца? Вы не пересекались с таким здоровым американцем?

- Один американец был в самолете, на котором мы летели в Москву.

- Какой это был рейс?

- Сейчас я передам трубку Вениамину, он продиктует вам данные.

Студнев опять взял трубку и сообщил Хованцеву номер рейса и дату.

- Очень хорошо, - сказал Хованцев. - Спасибо вам. Еще раз извините за ранний звонок.

- Скажи ему, чтобы сегодня после полудня он был очень осторожным, проговорил Акличаг.

- Акличаг говорит, что сегодня после полудня вам надо проявлять особую осторожность, - проговорил в трубку Студнев.

- Я постараюсь, - сказал Хованцев. - Вы тоже ходите с оглядкой.

- Мы сегодня весь день будем дома... если только вам не понадобимся, уведомил Студнев.

- Вот и славно, - проговорил Хованцев.

Студнев положил трубку, а Акличаг встал, снял с крючка под угловым шкафчиком холщовый мешочек, открыл его и, порывшись, достал несколько сухих веточек можжевельника. Взяв чистое блюдце, он аккуратно разложил на нем эти веточки - вроде бы, следя, чтобы они образовывали какой-то знак или фигуру, хотя Студнев не был уверен - а затем поджег их. По кухне потянуло ароматным дымком. Акличаг стоял над блюдцем, вдыхая этот дымок, полуприкрыв глаза, а Студнев следил за действиями шамана, затаив дыхание.

Акличаг поднял ладони на уровень груди, держа их друг напротив друга то ли в символической попытке поймать дым, то ли обозначая для дымка некий воздушный дымоход, по которому этот дымок должен следовать. Студнев ждал, а Акличаг стоял не шелохнувшись - пять минут, десять, пятнадцать... Он словно в статую превратился.

- Что ты чувствуешь? - проговорил он приблизительно через полчаса, когда догорала последняя палочка.

- Я... - Студнев сглотнул.

- Освободись от

всего. Так, как я тебя учил.

Студнев постарался освободиться от всего, выбросить из сознания все посторонние мысли. И постепенно перед ним все яснее стала возникать картина...

- Я вижу... - он говорил медленно, вглядываясь в возникающие в его воображении образы. - Я вижу лесной пожар. Очень сильный пожар. И тигра... Да, тигр бежит от пожара, вот он уже выскочил на опушку, на открытое пространство, бежит по сухой горячей траве, которая тоже начинает тлеть, кое-где в траве возникают черные извилистые полоски, от них тянется дым, иногда мелькает крохотный язычок пламени... Тигр летит огромными прыжками, видно, он очень напуган, да и раскаленная

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.