Смотрим кино, понимаем жизнь: 19 социологических очерков стр. 319
к борьбе с непокоренной Природой.
Дело в том, что в мобилизационном обществе (а именно в таком обществе мы и остаемся в заметной степени) требуются новые фронты борьбы и новые Победы – в том числе, чего греха таить, чтобы заставить людей трудиться без принуждения и без достойного материального вознаграждения. Нужно поддерживать коллективную энергию, подливать топливо. А заодно отводить лишний пар – накапливающееся социальное напряжение.
Советская эпоха как раз и была временем больших проектов и отчаянных общих прорывов. Не случайно к фильму про героическое освоение земных недр нарочно подтянули день, когда в космос полетел Гагарин. В советские годы большие проекты выдумывали и старательно конструировали – освоение целины, строительство БАМа, покорение дальнего Севера и Востока. Еще, если помните, хотели повернуть вспять могучие сибирские реки, что было уже полным экономическим безумием, но экономическая эффективность в таких проектах никогда не была главным критерием.
Так вот, человеку важно ощущать какую-то причастность к большим проектам, пусть даже трижды опосредованную. На деле большинство советских граждан жили обычной скучной мещанской жизнью и узкоматериальными интересами, без всякого романтического порыва. Но существование больших проектов было важно и для них – как оправдание даже такого растительного существования.
Этим отчасти объясняется и возникшая у современной молодежи тяга к советскому прошлому, разумеется, в сильно идеализированном (воображаемом) виде. Ведь именно в советское время, как теперь может казаться, молодежь играла главную роль, решала великие задачи и совершала великие прорывы – к атомному ядру, в Арктику, в космос.
Сегодня же ощущается дефицит больших проектов. Состоявшееся в 2014 г. присоединение к России Крыма, вокруг которого было столько шума, послужило напоминанием о Великом времени, о том, что могли делаться Большие дела. Восторженная реакция большинства на присоединение полуострова индицирует массовую неудовлетворенность, тоску по былому (имперскому) величию, по реализации поистине масштабных проектов. И фильм напоминает нам об этом.
Хочется настоящих отношенийЕще нам пытаются указать на важность поиска какой-то нравственной Правды, общезначимой Истины (не обязательно научной) – вместо извечного плюрализма мнений и привычных рассуждений в стиле «с одной стороны, с другой стороны…».
Сегодня тихо возрождается критика буржуазного мира, который раньше мы «бичевали» извне, а теперь проживаем изнутри. Мы видим, что былые идеологические построения замещаются прямыми коммерческими интересами. Или, как говорится об этом в фильме: мир неумолимо захватывают «приобретатели».
На этом фоне возникает стремление к чему-то подлинному. И в первую очередь хочется настоящих отношений, без деланности и фальши. Чтобы Человек стал главной ценностью, и не только в дежурных гуманистических словоизвержениях ни о чем, а главной ценностью на деле, когда готовность пожертвовать своим здоровьем и даже жизнью ради другого человека воспринимается как норма. И не рассматривается как особый героизм, как проявление какой-то супердружбы, а просто (или совсем не просто) как твой неотъемлемый человеческий долг. Мы видим, как старик-оленевод загоняет своих лучших ездовых оленей и сам едва не помирает ради спасения совершенно чужого человека, из другого мира. И не размышляет, стоило ли это делать и что он получит взамен. Причем делает это естественно, как будто это и есть его повседневная рутина.
В сегодняшней обычной жизни нам приходится лишь надеяться, что другие люди или мы сами поступим достойно или хотя бы адекватно, случись что-то неладное. Но, увы, не оставляют нехорошие сомнения. А