Сначала забудь ее стр. 21
губам, груди и стройным ногам.
Раньше он никогда не испытывал желания к женщинам ее класса. Что с ним? Хотя испытывать подобные чувства вполне нормально для здорового мужчины. Так он себя успокаивал. Ему не хотелось терять это ощущение, потому что впервые за все эти годы он снова почувствовал себя живым.
Внезапно Джемайма вскочила.
– Ты стараешься запугать меня.
Его взгляд охотника стал еще более выразительным.
– Правда?
– Я сделаю все, что посчитаю необходимым, но меня не запугать, не стану унижаться перед тобой.
– Тебе и не придется, – ответил он нежно.
Джемайме показалось, что его голос, как шелк, скользит по коже. Он подошел ближе и стал еще более похож на хищника, еще опаснее. Ей даже пришлось отступить на шаг назад. Чувства, охватившие ее, не позволяли мыслить здраво. Он превратился в один большой соблазн.
– Я не буду. – Еолос девушки дрожал, во рту пересохло, слова давались с трудом.
– Но идея того, как ты стоишь передо мной на коленях, достаточно заманчива. Когда представляю тебя, ублажающей меня, я…
Джемайма не верила своим ушам. Потом решила, что он, наверное, имеет в виду что-то другое. Да, она неправильно его поняла и тут же залилась стыдливым румянцем, заморгала, стараясь избавиться от эротического гипноза и образов, которые он так мастерски нарисовал в ее воображении. Раньше в присутствии постороннего мужчины с ней никогда такого не случалось. Обычно она не представляла себя с мужчиной в эротических сценах, а если бы делала это, Стивена было бы не так легко соблазнить. Что-то в Лучиано будоражило глубокие, сродни животным, потребности. С ней это произошло впервые.
– Ты действительно имел в виду то, что я услышала?
Глава 4
Лучиано рассмеялся:
– Ты ведь именно так работаешь с мужчинами, опускаешь ресницы, краснеешь и притворяешься наивной? Тебе лучше знать. Давай оставим эти прелюдии. Я не хочу невинную скромную девственницу, Джемайма. Мне нравятся женщины, не боящиеся быть женщинами. Впрочем, как и я, мужчина, не боюсь сказать прямо о том, что хочу секса.
Джемайма была выбита из колеи и не знала, как реагировать, куда спрятать глаза. Нельзя не признать, что она действительно девственно-невинна, скромна и немного наивна, в отличие от сестры. Джули рассматривала подобные предложения как комплимент в свою пользу, бесстыдно наслаждалась восхищением мужчин. На мгновение она захотела влезть в шкуру Джули. Та воспринимала свою притягательность и чувственность как должное. Неужели Лучиано правда желает ее? Джемайма несмело подняла на него глаза, кровь горячим потоком хлынула к щекам, вискам, груди. Она чувствовала силу его желания, магнетизм, невероятную сексуальность. Лучиано подошел к ней совсем близко.
– Женщины, которые мне нравятся, готовы действовать.
Его натура хищника, завоевателя остро реагировала на ее невинность, которую он считал притворством, маской, уверенный, будто знает достаточно ее истинный характер.
Джемайма слишком поздно обрела силы и способность двигаться вновь и неуклюже сделала шаг назад. Он шокировал ее, выбил из равновесия, отключил рациональное сознание своим нескромным предложением, одновременно притягивая настолько сильно, что рядом с ним она была сама не своя. Наконец, осознание того, что столь шикарный мужчина, как Лучиано Витале, заинтересовался ею, очень льстило.
Он подходил к ней все ближе и ближе и в итоге оказался на таком расстоянии, что одним резким движением прижал ее спиной