Сначала забудь ее стр. 57
смогла ничего понять. Джемайма была бледна, под глазами синели круги. Едва ли похожа на счастливую невесту. Он мысленно еще раз себя укорил и протянул ей руку.
– Пойдем прогуляемся. Нам нужно кое-кого навестить.
Джемайма вскинула брови от удивления:
– Навестить?
– Ты же ходила на чай к Сансе вчера, не так ли?
– Оповещение здесь работает поразительно быстро!
– Я предпочитаю быть в курсе того, что происходит, когда сам не могу присутствовать.
Ни одна мышца на его лице не дрогнула. Контроль с его стороны был тотальным, но Джемайма промолчала, чувствуя, что он огорчен, не хотела подливать масло в огонь. Конечно, если он хочет отменить свадьбу, должен был чувствовать себя виноватым.
– Что ты думаешь о Сансе?
– У нас с ней мало общего.
– Она вела себя неподобающим образом с тобой? – прохрипел Лучиано.
Пораженная вопросом, Джемайма взглянула на него:
– Я… Я…
– Я могу быть эгоистичным, но не дурак. В большинстве случаев. Однако сейчас выставил себя идиотом.
– Да все в порядке. Что бы ты ни решил, это нормально. Не волнуйся.
Ей очень хотелось обнять его и постараться успокоить, но она сдерживалась, понимала, что это не та модель поведения, которую от нее ожидают в данной ситуации. Когда тебя бросает мужчина, последнее, что должно заботить, – как себя чувствует он.
Лучиано приобнял ее за плечи и направил к гостевому домику.
– Зачем мы идем к Сансе? – спросила она обеспокоенно. – Признаюсь, она не самая гостеприимная хозяйка, и мне больше нечего ей сказать.
– Зато мне есть что. – Лучиано постучал кулаком в дверь.
Санса открыла не сразу, хотя и была одета и накрашена, несмотря на девять утра. Вероятно, предполагала, что к ней придут посетители.
– Лучиано. – Она расплылась в приветливой улыбке.
– Санса, – сквозь зубы процедил Лучиано и, не дожидаясь приглашения, прошел в комнату, в изумлении обозревая фотографии и картины на стенах. – Что все это значит?
– Это ты настоял, чтобы я забрала все это.
– Ты сама меня попросила: тебе были нужны эти материалы для твоей книги, – напомнил Лучиано.
Уже через секунду Джемайма почувствовала себя лучше, поняла, что Лучиано не имеет никакого отношения к созданию комнаты памяти Джиджи. Все это инициатива Сансы.
– Тут все сохранилось в том же виде, как и в тот год, когда она умерла, – парировала девушка.
– Ты – единственная, кто когда-либо здесь бывал.
Лучиано отпустил руку Джемаймы и взял со стола книгу.
– Разве тебе недостаточно этого?
– Не понимаю, о чем ты.
– Я был женат на Джиджи всего пять лет. Это не биография, а выдумка. Ты даешь ее фанатам не истину, а то, что они хотят услышать. Правда была бы слишком ужасной.
Санса залопотала на итальянском.
– Нет, мы будем обсуждать все на английском, чтобы моя невеста тоже понимала. Джемайма, что она тебе вчера сказала?
– Ничего такого, что было бы неправдой. Ты не любишь говорить о Джиджи, а после ее смерти больше никого не полюбишь.
Лучиано поморщился:
– Санса, где твое сострадание? Твоя сестра чуть было не погубила меня.
– Не стоит об этом говорить.
– У пары, которая хочет пожениться, не должно быть секретов друг от друга.
Джемайма насторожилась; он улыбнулся ей.
– Одна мудрая женщина сказала мне это однажды, а я не слушал.
– Но ты сам не хотел, чтобы правда