Снова надейся стр. 194
при этом громко выругалась. Я ответила ему таким злобным взглядом, что он быстро отвернулся и испарился, протиснувшись мимо меня.
Обычно я не настолько кровожадна. Но обычно я не находилась на ногах по двадцать четыре часа в сутки, чтобы переехать из одного штата в другой, имея при себе лишь скромные пожитки и разбитые мечты.
Я с трудом добралась до прилавка и сдула с глаз прядь волос песочного цвета, выбившуюся из-под толстой шерстяной шапки.
– Что тебе приготовить? – спросила бариста и улыбнулась мне.
Она была первым человеком за несколько дней, кто проявил доброту, и мне очень захотелось ее обнять.
– Самый большой карамельный
макиато, пожалуйста. И много сиропа. И много пенки. И с порцией любви, если можно.
Она пару раз моргнула.
– Да, конечно. Сейчас будет, – ответила девушка и подписала стаканчик.
Я зубами стянула шерстяную варежку и полезла в задний карман брюк за последними грошами, которые у меня остались. А осталось у меня два с половиной доллара.
Состроив гримасу, я подвинула деньги по стойке.
– Этого, наверное, не хватит, да? – спросила я. Варежка до сих пор торчала у меня во рту, из-за чего слова звучали неразборчиво.
– Нет, но мы принимаем кредитки, – откликнулась она, кивнув головой на маленький аппарат, который словно издевался надо мной своим подмигиванием.
– К сожалению, у меня нет с собой карты, – соврала я. Варежка выпала изо рта на пол.
– Тогда, боюсь, заказать не получится, – сказала бариста, жалостливо изогнув уголки рта. Как я в ней ошибалась. Я нагнулась, чтобы поднять варежку, в результате чего дорожная сумка наполовину съехала с плеча и больно выдрала у меня прядь волос. Я опять выругалась.
– Я оплачу, – раздался голос позади меня.
Развернувшись, я увидела стоявшую за мной симпатичную девушку. На ней была бежевая беретка, из-под которой выглядывали черные волнистые волосы. Лицом она напоминала эльфа с пронзительными голубыми глазами, пробудившими во мне легкую зависть. Хотя свои карие я тоже считала нормальными, но ее глаза просто пленили. Наверняка она умела гипнотизировать ими людей. Вероятно, она даже делала это прямо сейчас, поскольку прошла пара секунд, прежде чем до меня дошло, что она только что сказала.
– Серьезно? – переспросила я.
– Да, – пожала плечами она, после чего снова обратилась к баристе: – А мне, пожалуйста, один матча латте и один черный кофе. У меня два термостакана. – Она подвинула по прилавку два тамблера, похожих на бамбуковые.
– Как тебя зовут? – спросила бариста, вновь сама любезность.
– Эверли, – сказала девушка и достала карту. Потом приложила ее к терминалу, который коротко пикнул.
Я поверить не могла, что это происходило на самом деле. Должно быть, она мой ангел-хранитель – дар судьбы за отвратную неделю.
– Прямо сейчас я думаю, не обнять ли тебя, – выпалила я, еле-еле сдерживаясь.
Девушка одарила меня улыбкой.
– Не стоит. В следующий раз просто угостишь меня.
– Для этого, кроме твоего имени, мне понадобится еще твой номер. Или ник в Facebook. Или твой Instagram, – затараторила я, схватившись за свой телефон.
Эверли озадаченно замерла, и ее улыбка слегка дрогнула. Мне знакомо это выражение. Обычно я относилась к людям открыто и простодушно, и именно так они чаще всего выглядели, застигнутые врасплох моим поведением. Я как раз размышляла, не извиниться ли за это, когда Эверли перевела