Соблазнитель в деловом костюме стр. 24
Она давно уже забыла, откуда у нее взялся этот медведь.
Как ни странно, теперь этот момент вспоминался ей совершенно отчетливо. Папа наклоняется, чтобы взять ее на руки, усаживает к себе на колени, целует ее и показывает медвежонка, одетого в матросский костюмчик, с белой бескозыркой на лохматой голове.
— С днем рождения, малыш. Это тебе… нравится? Ты будешь любить его?
И она любила. В течение долгих лет это было единственное напоминание об отце, чье имя перестало упоминаться в доме после его ухода. Мама выбросила все его фотографии, одежду и книги. Она была очень сильно обижена на отца, в ее душе копилась ненависть. Бьянке иногда казалось, что именно эта ненависть и стала причиной рака, убившего ее.
Ненависть — это язва, разъедающая плоть и рассудок.
— А мне папа подарил кенгуру, — похвасталась Лиза. — Ее зовут Кенга.
Огромная пушистая зверюга восседала на подоконнике рядом с кроватью.
— Какая красивая, — хрипло сказала Бьянка, надеясь, что Лиза не повторит ее судьбу и никогда не обнаружит, что у нее больше нет отца, а на память о нем осталась единственная мягкая игрушка.
Из глаз девочки снова полились слезы.
— Где мой папа? Хочу к папе.
Бьянка торопливо спросила:
— Разбудить твоего папу? Он спит в своей комнате.
— Да, я хочу к папе, — всхлипнула Лиза.
Бьянка повернулась к двери и увидела Мэтта, стоящего на пороге в темно-красном шелковом халате поверх пижамы.
Как долго он наблюдал за ней?
— Вот твой папа, — сказала она, и девочка, просияв, протянула руки ему навстречу.
Мэтт подхватил на руки свою дочь, крепко ее обнял и поцеловал сначала в макушку, а потом в бледные, мокрые от слез щеки.
— Привет, милая… что случилось?
Бьянка тихонечко ушла. Ей почему-то больно было видеть их вместе. Она чувствовала себя лишней.
Мэтт Харн обладает и богатством, и влиянием, но не способен исцелить свое разбитое сердце или наладить отношения с собственным ребенком. Как он может оставлять ее здесь и спокойно уезжать в Лондон? И каково Лизе? Почему жизнь людей такая сложная?
Бьянка залезла в кровать, но свет выключать не стала. Усевшись и обхватив руками колени, она размышляла о своем отце, Мэтте Харне, Доне Хестоне… вообще о мужчинах, о том, как они живут и как относятся к женщинам и детям.
Этот мир создан для мужчин. Женщины могут найти хорошую работу, могут стать независимыми и добиться успеха. Но в отношениях с мужчинами они до сих пор остаются людьми второго сорта.
Время шло. Бьянка замерзла и собиралась уже лечь и выключить свет, когда в ее дверь постучали.
— Да? — отозвалась она.
Мэтт открыл дверь.
— Она снова уснула.
Сидя на кровати в нескольких метрах от Мэтта, Бьянка почувствовала себя очень неуютно.
— Спасибо, что позаботилась о ней до моего прихода.
Она махнула рукой.
— Пустяки. Она такая милая.
Мэтт улыбнулся.
— Мне жаль, что она тебя разбудила. Слушай, я собрался сварить себе какао… ты не хочешь?
Она кивнула.
— Спасибо, с удовольствием выпью.
— Нет проблем. Подожди минутку.
Мэтт исчез, а Бьянка упала на кровать и с тревогой взглянула на себя в зеркальце.
Ее светлые волосы растрепались и спутались, лицо горело от испуга, а шелковая пижамная рубашка липла к телу, подчеркивая грудь и тонкую талию. Не удивительно,