Собрание сочинений. Том 32: Лабиринт смерти (Это — мужское дело. Реквием для убийцы) стр. 157
моими глазами. Я попался на дешевый трюк, как самый последний фраер! В то время, как Сэм с беззаботным видом сидел на диване, его сообщник, спрятавшись за дверью, ударил меня по голове чем-то тяжелым.
* * *Я пришел и себя от холода, пробиравшего до костей, и с удивлением понял, что даже не связан. Я лежал в кромешной тьме, кажется на щебенке. Кольт исчез зато сигареты и спички были на месте. Чиркнув спичкой, я осмотрелся. Судя по всему, меня бросили в старую заброшенную шахту. Вокруг теснились ржавые рельсы, помятые вагонетки, низкие своды нависали над головой.
Я осторожно встал на четвереньки, а потом и на ноги. При слабом свете зажженной спички я начал двигаться вперед, пока не наткнулся на кучу полусгнивших бревен. Порывшись в них, я нашел приличный сухой обрубок, который тут же поджег. Конечно, это нельзя было назвать приличным факелом, но все же тьма рассеялась, и я направился по рельсам, шарахаясь от летучих мышей, которые носились над моей головой. Время от времени в колеблющемся свете доморощенного факела мелькали здоровенные крысы, которые тут же начинали метаться и прятаться. Я продрог от холода и сырости. Если не выберусь отсюда в ближайшие полчаса, воспаление легких обеспечено. А что, если придется пробыть здесь несколько дней? Я не хотел об этом думать, но шахта вполне могла стать моей могилой.
Предаваясь безрадостным размышлениям, я медленно шел вперед, стараясь не наступать на некоторых особенно наглых крыс, которые даже привставали на задние лапы, чтобы лучше рассмотреть, кто это вторгся в их владения?
Вдруг до меня донесся крик, который я буду помнить, даже умирая. Такого крика мне не доводилось слышать в жизни, и дай бог больше не услышать никогда.
Наверное, всем уже понятно, что я не трус. В самых критических ситуациях, которых в моей жизни было немало, я всегда руководствовался разумом и не поддавался инстинктам. Но что я пережил, услышав этот крик, не поддается описанию! Скажу только, что мои волосы встали дыбом, и я, потеряв всякий контроль, метнулся в сторону, выронив факел, и больно ударился о каменный выступ.
В ту же секунду я пришел в себя. Сердце мое работало, как паровая машина, по спине струился холодный пот. Вот что такое страх! Наклонившись, я подобрал не успевший потухнуть факел, и продолжил свой путь. Вскоре я был у поворота, из-за которого раздался крик. Приподняв факел над головой, я осторожно заглянул за угол и замер на месте.
Передо мной, совершенно обнаженная, прижалась к стене шахты Грация, а к ней подползал огромный крокодил, показавшийся
мне вначале доисторическим животным, проснувшимся в наши дни. Он выглядел ожившим динозавром в неверном свете импровизированного факела!
Грация, не мигая, смотрела на крокодила, который находился уже в нескольких метрах от нее. Его жуткие челюсти ритмично клацали. И тут взгляд Грации, метнувшись, остановился на мне. Радость и мольба о помощи вспыхнули в нем.
Я сам еще не вполне оправился от страха, но, не раздумывая, бросился к хищнику. По пути я успел подобрать приличный камень и, подкравшись сзади, изо всех сил запустил его в голову крокодила. Послышался хруст черепа, чудовище захрипело и разинуло пасть, из которой хлынул поток крови.
Я перешагнул через