Собрание сочинений. Том 32: Лабиринт смерти (Это — мужское дело. Реквием для убийцы) стр. 177
по локоть руками. Когда я подошел, с обрубков еще капала кровь.
Клер вздрогнула, но я уже не мог остановиться.
— Потом я слышал, как две женщины разговаривали о каком-то трупе, и теперь мне хотелось бы узнать, где он? Обе эти женщины погибли у меня на глазах, но умереть-то должен был я! Но почему? Кому я мешаю? И вот теперь это. Женщина, которой вы ввели успокаивающее лекарство, выходит из спальни подобно лунатичке и навек успокаивает двух молодцов самой сомнительной репутации, а после этого отправляется досыпать как ни в чем не бывало. Разве это не странно, Клер? А самое странное я чуть не забыл: Грация на моих глазах утонула, а спустя некоторое время я нашел ее в своей постели.
— Вы, конечно, не растерялись и утешили утопленницу?
— Ну, знаете, Клер, как это бывает… Слово за слово, а потом… Но в любом случае, мои поступки в этой истории остаются самыми невинными и меньше всего заслуживают осуждения. И потом, все вокруг так мрачно, должны же быть хоть какие-то светлые моменты.
Во время этого короткого, но бурного монолога Клер смотрела на меня с нескрываемым любопытством. Грация лежала совершенно неподвижно, так неподвижно, что у меня даже появилось сомнение — не умерла ли она? Но, положив руку ей на
грудь, я почувствовал нормальное биение сердца. — Ей сейчас гораздо лучше, чем нам с вами, холодно заметила Клер.
Теперь пришла моя очередь взглянуть на нее с любопытством. Чтобы немного разрядить атмосферу, я сказал:
— Вот видите, Клер, как все вышло. Я думал, что мой друг — просто усталый человек, прошедший страшную войну, а он оказался наркоманом. Я считал его неисправимым бабником, а он — импотент. Мне кажется, что только поэтому Грация позволила мне утешить ее. Но вся эта серия убийств выше моего понимания. Здесь, видимо, нужно несколько десятков детективов, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки.
— Слава Богу, что вы так думаете, Ник. Бросайте все и уезжайте в свой Нью-Йорк, — мягко посоветовала Клер, потом взяла меня за руку и вывела из спальни Грации. — А она пусть поспит.
— Конечно, пусть отдохнет. Ведь мы с вами видели, как она только что прихлопнула двоих. Это можно назвать «в пределах самообороны». А может быть, она спасала любимого?
— Вас, что ли? — с искренним удивлением воскликнула Клер.
— А почему бы и нет? Женщины иногда влюбляются в меня.
— В этом нет ничего странного. Вы симпатичный, смелый, интеллигентный. При других обстоятельствах я тоже могла бы в вас влюбиться.
— Вы говорите все это, чтобы успокоить меня, а сами, небось, думаете, что я чокнутый.
— Ник, — Клер усадила меня на диван. — Вам нужно отдохнуть, а я пока вызову полицию. Надо же, чтобы кто-то убрал трупы.
— Похоже, они вас совсем не пугают.
— Не забывайте, что я медик, и видела сотни трупов.
— Убитых тоже?
— Тоже. Такая у меня работа.
Работа! И тут я посмотрел на Клер совсем другими глазами. Мне вспомнился раскрытый телефонный справочник, и где-то в глубине мозга раздался сигнал тревоги. Только не торопиться! Нужно все обдумать, потому что я всего лишь человек и могу сделать не правильные выводы. Я чувствовал приближение развязки.
Глава 11Дверь за лейтенантом Мэрфи захлопнулась. В моих ушах все еще