Собрание сочинений. Том 32: Лабиринт смерти (Это — мужское дело. Реквием для убийцы) стр. 186
влюбленного доктора Кука.
— И с такой сволочью, как ты, я провела ночь! — воскликнула Грация. — Я убила бы тебя, если бы только могла предположить, какая ты вонючая падаль.
— Успокойся, дорогая. Уж ты-то прекрасно знаешь, что в постели я был не с тобой, а с твоей сестричкой Сильвией.
Услышав свое имя, Сильвия заморгала, но даже не пошевелилась, очевидно, убедившись, что без посторонней помощи ей не избавиться от пут.
— Именно Сильвия убила Красавчика Китаезу, — продолжал я обвинительную речь. — И Германа убила она, и всех остальных, которые могли заговорить. Она надевала твою одежду, прежде чем появиться на сцене, где шел этот жуткий спектакль. Несколько выстрелов — несколько трупов, и все в пределах самозащиты! Но я сразу понял, в чем дело, потому что после этого мы поднялись в твою комнату. Одежды рядом с кроватью не было. Конечно, единственным человеком, которого ты любила, был Герман, и ты его убить не могла. Зато у Сильвии рука не дрогнула.
— Она могла убить и тебя! — крикнула Грация.
— Такой возможности, девочки, у вас не было. Я был вашим козырным тузом по части алиби. Меня вы держали, как основного свидетеля, для полиции.
— Все правильно! — раздался голос за моей спиной. — А теперь медленно-медленно повернись ко мне. Вот так.
Я повернулся: передо мной с коротким автоматом в руках стоял Сэм Барроу.
— Убери-ка свою игрушку, — распорядился я. — Лейтенант Мэрфи с лучшими снайперами окружили этот дом, а ты разгуливаешь с автоматом.
— Очень может быть, — расхохотался Сэм. — Но это не помешает тебе подохнуть.
— Хватит трупов, черномазая обезьяна, — бросил я. Их и так уже больше, чем достаточно.
Сэм вопросительно посмотрел на Грацию.
— Оставь его, пусть болтает, это даже забавно, — махнула она рукой.
Я посмотрел на Грацию. Чувствуя себя теперь в безопасности, она плеснула себе виски, не обращая внимания на сестру, которая умоляюще смотрела на нее, всем своим видом моля об освобождении.
— Помнишь, ты сказала мне, что тебе угрожали по телефону? Что-то вроде — не забывай о крокодилах. Я запомнил эти слова. Хорошо запомнил. Эта фраза оказалась для тебя роковой. Я сразу же вспомнил цирк и подумал, что пока ты убивала в Лос-Анджелесе Джорджа, твоя сестричка крутилась в Нью-Йорке, создавая тебе алиби.
— Да? Очень мило! Жаль только, что все это ты больше никому не расскажешь.
— Догадываюсь, сокровище мое, но мне вдруг захотелось еще раз пережить всю эту историю. Так приятно вспомнить, что ты стреляла в меня из сада, или, например, как Клер усыпила полицейского, забрала у него ключи и выпустила тебя из госпиталя, И еще как вы с Куком приезжали на виллу за трупом Мары.
Грация склонилась над Сильвией и стала развязывать ей руки. Неожиданно выпрямившись, она с хитрой улыбкой сказала:
— Все знаешь и все разложил по полочкам. Но сможешь ли ты точно сказать, где Сильвия, а где я?
Я с недоумением посмотрел на нее. Сэм осклабился.
— Давай, легавый, соглашайся, я тоже посмотрю, какой ты умный.
— Что-то я не совсем понял.
— Ну и ну! — усмехнулась Грация. — А еще сыщик! Неужели непонятно?
— Нет, — пожал я плечами, потому что действительно не понимал, чего от меня хотят. — Различить нас сейчас действительно нетрудно, — продолжала Грация. — Нет, давай-ка поступим иначе. Мы с Сильвией