Собрание сочинений. Том 32: Лабиринт смерти (Это — мужское дело. Реквием для убийцы) стр. 78
Анна, я взял со стола банку пива, но открыть ее смог только после второй попытки, настолько дрожали руки.
— Я не помешала? — спросила Анна.
Не знаю почему, но вдруг я посмотрел на нее оценивающим взглядом — потрепанный свитер и выцветшие джинсы, висевшие мешком. Локон каштановых волос прикрывал левый глаз, на подбородке мучное пятно. Еще час назад она казалась мне совершенством, но в сравнении с Глорией она была просто бедной Золушкой. Перед моими глазами колыхались аккуратные складки платья в такт шагам Глории.
— Анна, неужели ты не можешь следить за собой? Да в эти штаны может влезть целое семейство, а по свитеру давно плачет мусорный бак.
Ее глаза удивленно расширились, но в следующий момент она рассмеялась:
— Прости, милый, но я убирала квартиру. Сейчас я переоденусь.
— Ну что ты, я не хотел тебя обидеть, дорогая. Мне просто хочется, чтобы ты всегда была на высоте.
— А ведь многие мужья даже не замечают, как одеваются их жены… Я польщена, Гарри.
Я слегка шлепнул ее по попке.
— Да, пришло время выбраться из этих штанишек. Они просто вульгарны.
— Но ты — мой единственный ценитель. Да и находясь в них, я экономлю на чулках.
Полученная от Глории бумажка в пять фунтов в качестве задатка жгла мне руки.
— Вот пять фунтов. Купи себе новые. Это часть платы за место в гараже.
Ее глаза еще больше расширились от удивления.
— Но я пошутила. Мы не можем себе позволить такую роскошь, как потратить деньги на одежду. У нас столько долгов, дорогой…
— Бог с ними, с долгами. Я не собираюсь заносить этот доход в приходно-расходную книгу. Завтра же купи себе новые брюки, а эти выбрось.
— Но, Гарри…
— Я так хочу, Анна! Неужели я выражаюсь недостаточно понятно?
Раньше я никогда не кричал на нее. Да и она меня никогда не раздражала. Анна была потрясена моей вспышкой.
Нет, на этом надо поставить крест и немедленно: изящные бедра, длинные ножки, аккуратное платье, тонкие пальчики, снимающие невидимые пушинки с моего рукава, призывно блестящие глаза — все это не доведет до добра. Нужно как можно быстрее отказать Глории и вернуть ей эти пять фунтов.
Вошел Тим, еще более запачканный, чем раньше. Не глядя на меня, он заявил, что отремонтировал бензоколонку и отправляется домой. Я пожал плечами и, махнув рукой, вновь уткнулся в бухгалтерские документы, стараясь не думать о Глории. Но почему-то мне это никак не удавалось. Наконец, я со вздохом разочарования отодвинул бумаги и от нечего делать посмотрел на противоположную сторону улицы. Напротив меня было почтовое отделение. Двое служащих как раз загружали машину мешками с почтой. Некоторое время я равнодушно наблюдал за их работой. И в этот момент к ним присоединился Билл Метс.
Во время войны мы были с ним в одном батальоне. Мало того, что мы воевали бок о бок, но нас даже ранило в один день, так что в госпитале мы лечились тоже вместе. Демобилизовались мы тоже одновременно.
Когда я купил гараж, то обнаружил, что Билл работает в почтовом отделении напротив.
Открыв окно, я громко поприветствовал его. Он перешел улицу, дружески улыбаясь. Я вышел из кабинета и присоединился к нему.
Широкое красное лицо Билла было добродушным, а