Сокол, № 1, 1991 стр. 228
Все они пишут под своими настоящими именами или под женскими псевдонимами. Однако случай с Джеймзом Типтри-младшим привлек к себе особое внимание пишущих и читающих научную фантастику.
В конце десятилетия критики с удивлением обнаружили, что за псевдонимом Дж. Типтри-младший, рассказы которого дважды — в 1975 и 1977 годах — были отмечены премиями Хюго и Небьюла, скрывается Элис Шелдон, известная в США как психолог. Открытие истинного лица талантливого автора послужило для ряда писателей темой размышлений о судьбе женщины, работающей в жанре научной фантастики. Сразу после «саморазоблачения» писательницы нашлись люди, заявившие, что с самого начала отмечали «специфический женский стиль» ее рассказов. Но трудно поверить в заявления, сделанные постфактум. Если в XIX веке женщины скрывались за мужскими псевдонимами, чтобы получить хотя бы символическую мужскую поддержку в борьбе за признание в мире литературы (вспомним Джордж Элиот и Жорж Санд), за серьезное, без скидок, отношение к своему творчеству, то теперь викторианская мораль, казалось бы, ушла в область преданий. Урсула Ле Гуин, внимание которой также привлек пример Типтри-Шелдон, назвала одну из возможных причин, побудивших Шелдон в наши дни взять мужской псевдоним. Это стремление достичь слияния двух точек зрения — мужской и женской — в одной творческой личности.
Писательницы-фантасты отнюдь не ограничиваются неким «специфически женским» взглядом на мир, хотя среди них есть и открыто стоящие на феминистских позициях (Джоана Расс, например). Иногда и в рассказах Элис Шелдон женщины выступают гонимыми существами, как в «Купировании вспышки» (1978), где подогреваемый некими инопланетными существами культ «чистого мира без греха» приводит к истреблению женщин руками их бывших любящих мужей, объединившихся в организации по типу ку-клукс-клана. В этом рассказе инопланетяне насылают на мужчин безумие, высвобождающее инстинкт разрушения, чтобы побыстрее очистить от людей приглянувшуюся им Землю.
Равнодушие к внутреннему миру женщин, нивелировка их личности приводит к появлению нот пессимизма в творчестве некоторых писательниц. У той же Типтри-Шелдон есть рассказ «Неведомые женщины» (1974), где прекрасная половина рода человеческого сравнивается с непривлекательным, похожим на крысу, существом — опоссумом, способным существовать и в пустыне, и в центре Нью-Йорка, реализуя заложенные в него природой механизмы выживания. Поэтому героиня рассказа миссис Парсонс, неприметная в своей обыденности библиотекарша, без колебаний решает бежать с безучастной к ней Земли, когда случай сталкивает ее с инопланетянами-исследователями: ведь вдали от родной планеты она вправе рассчитывать на большее к себе уважение, хотя бы как к представительнице иной цивилизации.
Все же произведения о женщинах-изгоях общества отражают скорее вчерашний день женской проблемы. Сегодня женщины все решительнее выступают против своего бесправного положения в обществе. О том же красноречиво говорят данные ЮНЕСКО: «Хотя женщины составляют 50 % взрослого населения мира и одну треть официальной рабочей силы, но на их долю приходится две трети всего рабочего времени, а получают они лишь одну десятую часть мирового дохода и владеют менее чем 1 % имеющейся в мире собственности». Безвозвратно в прошлое научной фантастики ушло то время, когда ради изображения Человека, шагнувшего в космос, практически игнорировались взаимоотношения между мужчинами и женщинами. Интересно, что в статье Дэниэла Лэнга «Человек в космосе», написанной в 1959 году, за два года до полета Юрия Гагарина, обсуждались качества, которыми должен был, по мнению экспертов, обладать первый космонавт. Лэнг признает, что