Соль для вкуса стр. 12
меня всеми подручными средствами, Пётр нехотя повернулся к отцу и выдавил из себя тихое:
— Ладно.
— То есть согласен? — выжидательный Димин взгляд.
— Да. — обречённо выдохнув, опустил плечи брюнет. — Пусть живёт.
— Хорошо. Я рад, что ты принял верное решение, сын. — даже и не попытался скрыть победную улыбку мужчина.
— Я дико извиняюсь, что прерываю вашу душещипательную сцену, но никто не хочет ради приличия поинтересоваться… а оно мне нужно вообще, не? — негодующе заметила я.
— Лиза! — гаркнула мама и одарила меня таким взглядом… предупреждающим?
— Что, Лиза, мам? — приняла я воинственную позу. — Неужели ты думаешь, что я соглашусь? Дим, ты знаешь, что я тебя люблю, но твой сын несносен. Я не собираюсь каждый день терпеть его кривую рожу и… Вот! Видите-видите? — начала судорожно тыкать указательным пальцем на перекосившееся лицо чернявого. — Его аж коробит! А это он ещё в вашем присутствии сдерживается… Я так поняла со слов Димы, что и девушка у него «дракониха» та ещё… Неее!! Я лучше на вокзале перекантуюсь! — торопливый разворот и решительным шагом к выходу, пока не повалили на пол.
— Стоять! — рявкнула мама.
Чёрт, чуть-чуть до двери оставалось…
— Елизавета, вернись сейчас же! — стены что ли плавают? А, нет. Это я трясусь от страха. Рефлекс на мамины удушливо-режущие нотки в голосе.
— Ну? — главное, не показывать свой страх.
— У тебя нет другого выхода. На вокзале тебя сожрут бомжи, а твой отец вернётся только через четыре месяца.
— У меня ещё есть Машка… она живёт в этом подъезде. Попрошусь к ней! — смело сказала я.
— К Матвеевой? — уточнила мама. — Я тебя умоляю. — снисходительная ухмылка в мою сторону. — Её родители ещё с вашей школы одержимы успеваемостью дочери, так что тебя даже близко не подпустят на их территорию. — и под конец ликующий оскал.
Кто-то громко вздохнул. Перевожу внимание на брюнета и отчётливо вижу, как в его глазах бьётся в агонии надежда.
— Он и его девушка меня будут терроризировать… — последний рывок.
— Только попробуйте, Пётр, и я тут же вылечу первым рейсом. — пригрозил Дима.
— Если она не будет путаться под ногами! — ядовито выплюнул парень.
ЧТО?
— Петя! — второе предупреждение от Димы.
— И сразу обговорим, я оплачивать её потребности не обязан. Возить её куда-либо не обязан. Кормить и убирать за ней не обязан. Следить за её… честью не обязан!
Ловите мою челюсть, пока зубы не разлетелись по полу.
— Петя!
Убейте его!
— Тогда и я дополню. — сделала шаг к наглой роже. — Слушать твой бред и тем более выполнять твои грязные пожелания — не обязана. Улыбаться тебе и твоей девушке не обязана. У нас будут равные права на время моего здесь проживания, почувствую ущемление с твоей стороны, тут же доложу Диме… и мне плевать, что это по-детски, зато ты огребёшь по полной. Я здесь не по своему согласию и любезничать с тобой не собираюсь. Как ты ко мне — так и я к тебе. Всё просто. — на этих словах я гордо вздёргиваю подбородок, и стараясь не замечать убийственные взгляды мамы и отчима, направляюсь к выходу, не забыв кинуть напоследок. — Приеду завтра. У тебя есть целый день, чтобы поплакаться в подушку и смириться со своим положением.
До боли в позвоночнике выпрямляю спину и прямым шагом иду к